Вот только, когда она отлучилась проведать дочь и сына, Сонечки вместе со всеми детьми в большой зале не было.
— Диме, где Соня?! — кинулась она к своему сыну.
— Не знаю, вроде бы няня её в туалет повела.
Девушка заверила, что привела её обратно, она где-то здесь. Ида осмотрела надувной батут, бассейн с шариками — там не было её ребенка.
— Господи, помоги… — прошептала она и ринулась на выход сначала искать мужа, потом Соню.
Она выбежала из большой залы и рвано выдохнула, когда-то давно Ида потеряла Соню на детской площадке в парке, за пять минут, что она не могла найти её кудрявую макушку, Ида сто раз умерла внутри себя.
Сейчас она чувствовала почти то же самое, пока из открытой двери слева не послышался смех её дочери. Ворвавшись в комнату, что оказалась зимним садом, Ида увидела, как её свекровь держит на руках Сонечку и та, по обыкновению своему, болтает без умолку и что самое удивительное, гадюка Артемида искренне ей улыбалась, чего не было вообще никогда на памяти Иды. Ковалевская решительным шагом подошла к другой Ковалевской, молча подхватила дочь на руки и отнесла ребенка в детскую, пока та махала ручкой женщине за её спиной.
Ида вернулась обратно и холодно сообщила свекрови:
— Если вы ещё раз посмеете подойти к моим детям, я ваши оставшиеся ядовитые зубы выдерну без наркоза.
— А ты смотрю, отрастила свои ядовитые зубки, змейка Ида? — усмехнулась Артемида, оглядывая невестку оценивающим взглядом. — Теперь вижу, что ты настоящая Ковалевская, нам без острых зубов никак. Славная девчушка у тебя, она от моего сына?
— Сами и узнаете, вы ведь точно вырвали ей пару волосков? — прищурила горящие гневом глаза Ида.
— Конечно, за этим и пришла. Мать Теймура моя давняя знакомая, прикована к постели, живет с сыном и его семьей на втором этаже. Навестила её, заодно на внуков посмотрела, или только одного?
Ида не медлила ни секунды, делая взмах ладонью и оставляя на щеке свекрови алый след."
"— Вот, что матери делают, когда с головы их детей падает хоть один волосок по чьей-то вине! Это вам за обоих моих детей, и за мужа, и за то, что вы своим поганым языком дали дорогу Дине к разрушению нашей семьи!
Удивленная Артемида молча хлопала глазами, держась за щеку ладонью, глядя вслед уходящей невестке.
— Прости меня, Ида, я не знала, что эта мегера задумала… Знала бы, убила бы сама… — вдруг воткнулись её слова словно ножи в спину Ковалевской.
Ида осторожно развернулась обратно, но Артемида больше не сказала ни слова, молча потирая щёку.
