— А ты и заплатил? — фыркнул дядька.
— Только вот я не так глуп, и умею отличать правду ото лжи.
— Ты ведь знаешь, что если девка верит в свои истории, то вполне может тебя обмануть. Как актеришки всякие, которые вживаются в роль.
— Такой шанс есть. Но я все же не вчера родился. И сдается мне, что та девица говорила правду.
Юсупов задумчиво почесал затылок:
— Дела, — протянул он.
— Еще какие, — послышалось с порога, и мы обернулись. В дверях гостиной стоял Виктор Круглов. А за спиной пришедшего маячила Виктория Муромцева.
И заметив, что мы обратили на него внимание, гость улыбнулся и снял высокую шляпу:
— Добрый день, мастера Юсуповы, — произнёс он и уточнил. — Я войду?
— Если бы я был суеверным, то решил бы, что вы упырь, — ответил я, и Виктор сделал обеспокоенное лицо:
— Так плохо выгляжу? — уточнил он и коснулся ладонями щек.
Я улыбнулся:
— Нет, просто им тоже требуется приглашение. Проходите.
— Спасибо, Василий Михайлович.
Виктор прошел в гостиную. Муромцева последовала за ним.
— Какими судьбами? — уточнил я, когда Круглов сел за стол.
— Да так, — ответил гость. — Проезжал мимо, дай, думаю, загляну.
Боковым зрением я заметил, как Виктория улыбнулась. И подыграл гостю:
— И решили заехать на чай? Расстрою вас, но чай закончился.
Я развел руки, словно сожалея, что так сложилось.
— Жаль, — вздохнул Виктор.
— Пока мы ехали в особняк, я написала сообщение мастеру Круглову. И попросила его приехать, — произнесла Виктория, которая явно хотела прекратить назревающий балаган.
Я кивнул:
— Теперь понятно. Виктория Ильинична, поищите, пожалуйста, на кухне чай.
— Который закончился? — иронично уточнил Круглов.
— Ну, может быть, осталось еще немного, — протянул я.
— Я вам не прислуга, Василий Михайлович, — фыркнула девушка.
— Но чай приготовить сумеете? — невинно уточнил я.
Секретарь все же встала с кресла и направилась на кухню.
— Рассказывайте, Василий Михайлович, — попросил Виктор и вновь попытался улыбнуться.
— У вас это очень скверно выходит, — все же сказал я.
— Что именно?
— Улыбаться, — с готовностью пояснил дядька. — Как оскалишься, то похож на крокодила африканского.
— Вот и супруга моя тоже так говорит. Только ей это кажется красивым, — усмехнулся гость.
— Святая женщина, — буркнул дядюшка.
— И я стараюсь казаться дружелюбным, — пояснил Круглов.
— Не надо, — покачал головой Петр. — Все равно выходит только хуже.
Я повторил историю, которую рассказал несколько минут назад дяде.
