После того как я скопировал личину Белова, нога почему-то перестала мне подчиняться, и я принялся слегка прихрамывать. Это было неприятно, но терпимо. К тому же это был единственный способ покинуть стены корпуса живым. Я сделал здесь все, что мог. И нашел ответы на все свои вопросы. Правда, мне очень повезло, что сумасшедший лекарь хотел заполучить меня в союзники. И только поэтому он не стал меня убивать. Иначе, долго бы я против него не выстоял.
Судьба вновь меня уберегла от смерти.
Я остановился у стены и зажмурился, чтобы переждать волну эйфории от поглощенной темной силы.
Она пульсировала в венах, насыщая каждую клетку жаром. Эта энергия была чуть менее густой, чем та, что я получил после победы над Темноглазым графом, но это было мне на руку. Сейчас мне никак нельзя было терять сознание, как это случилось после боя с Графом. Мне нужно доковылять до дверей, покинуть корпус, и добраться до машины, в которой меня ждала Муромцева.
А еще, уже в коридоре я почувствовал один неприятный сюрприз. Личина Белова словно бы начала срастаться с моей, пуская темные нити, и пытаясь закрепиться в новом теле.
Такое тоже было впервые. И я не знал, что с этим делать. Единственным решением было как можно быстрее сбросить личину Белова. В противном случае я боялся, что никогда не вернусь к себе прежнему."
"В голове всплывали мысли и формулы плетений темного лекарского дела. Появлялись яркие образы работы с «пациентами». Я видел ряды гвардейцев, внешность которых была сильно изменена. Словно бы кто-то пытался создать для них идеальные черты лица.
Я видел их отца-командира, сквозь человеческий облик которого проглядывался образ здоровенного мужика с длинными светлыми волосами, которые были собраны у висков в косицы. Это был не человек, потому как в глазах его плескалось пламя, а в руке светилась молния.
Я замотал головой, отгоняя образы этого морока. Я доковылял до дверей коридора, трижды стукнул в металлическую створку. В зарешеченное окно заглянул один из дружинников, а затем послышался лязг отпираемого замка, и створка распахнулась.
На пороге стояли двое бойцов, которые внимательно осмотрели меня. Но не стали задавать вопросов.
— Проходите, мастер Белов, — произнёс один из них, пропуская меня в фойе.
Я хотел было сказать «спасибо», но вовремя осекся. Потому что понял: Белов бы так никогда не поступил. Поэтому просто прошел мимо и направился к выходу.
Голова начинала кружиться все сильнее. Видимо, пережигание темной энергии лекаря вошло в полную силу.
