— Лука откидывается на стуле и неспешно перелистывает бумаги, изучая их содержимое. Мне хотелось бы тоже в них заглянуть, а то я, как тупица, сижу тут, ем. — Отлично, мне нравится твой стиль работы.
Он улыбается ей, а внутри меня все скрючивает, сжимаю ложку, щурясь и глядя на его бесстыжее лицо. Лука редко кого хвалит, даже по отношению к Захару не разу такого не слышала, а тут нравится ему ее работа.
Дьявол оборачивается и снова усмехается.
— Дай мне, пожалуйста, контакты этих ребят, но им ничего не говори.
Если мне еще что-нибудь понадобится я наберу. — он откладывает папку.
Лида встаёт и молча уходит с толикой сожаления, ей очевидной нравится компания своего босса.
— А тебе нравится рядом с собой держать переводчиц, безопасниц и прочих эскортниц. — ядовито выдаю свои мысли, шипя на него, не скрывая своей ревности.
Он лишь смеётся и подаётся вперёд, уменьшая расстояние между нами, дотягиваясь до меня и нежно чмокая в нос, так, как может только он. Властно, клеймя меня своей печатью.
— Мне нравится держать твою грудь обеими руками, остальное рутина. — глаза задорно блестят и меня бросает в жар, даже откладываю в строну ложку, хочется перелезть к нему через этот стол. Он тоже хочет, чувствую это.
Облизываю губы в предвкушении.
— Лука. — шепчу я, отрываясь от стула и потягиваясь вперёд, чтобы поцеловать его. Щеки непривычно шершавые царапают мою кожу, оставляя красные следи. Грубый и колючий мой зверь. Вдыхаю его запах, наслаждаясь каждой секундой. Не верится, что я продержалась без него два месяца, не умерла.
Лука молниеносно отодвигает меня, отстраняя и прислушиваясь.
— Блядь! — он перепрыгивает через огромный стол и оказывается рядом со мной, размещая за собой, ставя меня на колени, задвигая за стол. — Тихо сиди.
В его руках возникает пистолет, который он прячет за столом, опустив руку.
Дверь распахивается с шумом, вылетает почти. На пороге в помятом костюме и рубашке стоит Майлз, несколько пуговиц с рукава оторваны и смешно свисают на ниточке.
У него гневный взгляд, упирающийся в Дьявола. Он дышит тяжело и отрывисто.
Я поджимаю ноги под себя, судорожно сглатывая.
— Значит правда. — выдаёт он хрипло, отрывисто, нарушая тишину. Позади него раздаётся топот ног и на него набрасываются два здоровенных Амбала. Майлз с завидной легкостью разбрасывает их, ломая одним стол, а второго оглушая и укладывая на пол. Это не составляет ему труда.
— Закрой дверь и сядь на вон тот стул у неё.
