— Сегодня на тот свет отправишься ты. — спокойно отвечает Лука, продолжая улыбаться как ни в чем не бывало.
— Сомневаюсь. — выплёвывает Оливер и нажимает на курок. Я буквально вижу вылетающую пулю из ствола, и как Дьявол уклоняется от неё и хватает меня, закрывает собой. Раздаётся второй хлопок, после которого Оливер выпускает пистолет и удивленно смотрит на свою дырявую руку, начинающую обильно истекать кровью.
И тогда Дьявол выпускает меня и делает шаг на встречу. Он делает прыжок, как тигр, вперёд и замахивается своими огромными кулачищами, мощь которых обрушается на Оливера.
Лука наносит удары с размаху, смакуя момент. От его натиска Спайк теряется, не может даже противостоять ему, дергается как кукла, прижимая к себе дырявую руку.
— Я тебя отстрампоню, гандон. Никто не имеет право трогать МОЕ, тем более мою женщину. Тварь. — его голос очень хриплый и тихий, но все четко различают сказанные им слова. Дьявол не умолим, его не останавливают новые кровоточащие раны на теле Спайка.
Оливер перестаёт двигаться.
Дьявол выпрямляется и осматривает всех, делает вздох, поднимая голову. Люди смотрят на него с неким благоговением."
"Лука наступает на больную руку Оливера, из которой до сих пор обильно течёт кровь, из груди Спайка вырывается стон. Никто из людей Спайка не решается помочь своему боссу.
— Забери его, Захар. — отдаёт приказ Лука, продолжая мучить руку противника.
Я не верю своим ушам, оборачиваюсь и вижу Захара в белом камуфляже с автоматом. Верный Цербер двигается в нашу сторону.
Я рада видеть его в целости и сохранности. Но что он тут делает? Неужели он все это время знал, что Лука здесь?
— Лука? — бородатый брюнет в спортивном костюме робко, не веря своим глазам, подходит к Дьяволу. Здоровый не со всеми зубами и странными наколками он все равно рядом с моим мужем напоминает маленького, побитого мальчика. — Лука Гроссерия?
Дьявол не удостаивает его ответом, поворачивается ко мне. За это время я успела отвыкнуть от его властности и жесткости, в моих воспоминаниях он всегда был ласковым и нежным.
Как же интересно устроен наш мозг.
— В дом. — коротко говорит он, даже не желает услышать моё мнение.
— Лу… — пытаюсь спросить, что он будет делать дальше, но Лука останавливает меня взглядом, от которого мне становится не хорошо, пробирает до костей.
Захар берет за шкирку Оливера и не церемонясь с ним тащит его тело по земле, оставляя кровавый след. Я не могу оторваться от этого зрелища, страшно до чертиков, даже шевелиться трудно.
