— И ты не рассказал мне ни об этом встрече, ни об этом разговоре? — меня аж затрясло от его слов, от его тупости.
— Не придал значения. — очень тихо сказал он, докуривая.
— Захар узнай, ввозили ли нелегальное оружие из Азербайджана последние два месяца и связан ли с этим Эйнштейн. Сделай, пожалуйста, осторожно, не подключай никого, лично. — перевожу взгляд на Майлза, всматриваясь в его лицо. Мне похер на его бледность и виноватый вид, даже если он просто по тупости все разболтал и не мог вовремя проанализировать информацию — он виновен.
— ТЫ жив только потому, что за тебя очень сильно просила Алиса. Если подтвердится, что ты олень тупоголовый — я отпущу тебя, но видеть рядом с собой не хочу.
— Лука… я…
— Майлз, мне по… бую. Алан выйди из палаты, она будет закрыта. Майлз остаётся здесь пока не стабилизируется самочувствие, потом его заберут в Химки.
В Химках у нас была база, где были изолированные комнаты, в которых кроме кровати и сортира ничего не было, ему самое оно. Ребята поставят заглушки здесь и камеры, будут следить за ним каждую минуту.
Со всех сторон рассматривать как он срет и чем.
Пазл почти собран, не хватает нескольких деталей. Майлз, долбаеб, намеренно или неумышленно, сначала отказывает во ввозе партии оружия, а потом подтверждает Эйнштейну, что у меня появляется пассия и она сидит у меня дома. Но тот уже знал что-то о ней, вопрос — от кого?
Эйнштейн с кем-то, у кого есть ресурсы нанести по мне удар, организовывает взрыв моего дома, чтобы похитить Алису. Удачно, но не достигают цели — ее не было.
Тогда к ним, неосознанно подключается Оливер, ему нужна лишь Алиса, как трофей. Она его добыча. И тут, Майлз, вновь, открывает свой рот и выдаёт все. Преподносит все на блюдечке. Остальное перекупить пару людей.
Твою мать. Нет двух пазлов, насколько виновен Майлз, актер или болван, и кто третий человек?
Алиса.
Сижу в темноте на диване, поджав ноги. Все пальцы изгрызены на нервной почве. Страшно до коликов в животе.
Когда раздаётся заветный звук, я подскакиваю, закусываю губу до крови.
В дверях на свету стоит Лука. Запах виски, исходящий от него, чувствую даже на расстоянии двух метров.
Сглатываю, моля Бога, что все позади, плохого ничего не случилось. Захар не звонил и не писал, но стал бы, если бы Дьявол спустил курок?
Он заходит, его глаза блестят даже в темноте: злостью и безумием. Напоминает демона из кошмаров с шрамом на лице. Моя выходка не привела его в экстаз счастья, наоборот, вывела только из себя.
