– Тетя Берта! – с беспокойством повторила Элизабет и в отчаянии протянула руку к плотно сжатому веку горничной. Она подняла его и заглянула прямо в испуганный коричневый глаз. – Пожалуйста, не поступай так со мной, Берта. Я рассчитываю, что ты будешь изображать тетю, а не пугливую мышь. Они почти подошли к нам.
Берта кивнула, проглотила слюну… и выпрямилась на сиденье, затем разгладила свои черные бомбазиновые юбки.
– Как я выгляжу? – озабоченно прошептала Элизабет.
– Ужасно, – сказала Берта, взглянув на строгое, закрытое, черное полотняное платье, тщательно выбранное Элизабет для этой первой встречи с предполагаемым мужем, которого Александра описала как развратного старого повесу.
Чтобы усилить свой монашеский вид, волосы Элизабет были зачесаны назад, заколоты в пучок «а ля Люсинда» и покрыты короткой вуалью. На платье она надела единственную «драгоценность», которую намеревалась не снимать за все время пребывания здесь, – большое безобразное железное распятие, позаимствованное из семейной часовни.
– Совсем ужасно, миледи, – повторила Берта уже не таким слабым голосом.
После исчезновения Роберта Берта предпочитала обращаться к Элизабет как к хозяйке, а не так фамильярно, как прежде.
– Прекрасно, – сказала Элизабет, ободряюще улыбнувшись. – И ты тоже.
Лакей открыл дверцу и опустил ступеньки, Элизабет вышла первой, за ней последовала «тетушка». Она пропустила Берту вперед, затем повернулась и посмотрела на Аарона, сидевшего на козлах.
Дядя разрешил ей взять из Хейвенхерста шестерых слуг, и Элизабет выбрала их очень тщательно.
– Не забудь, – лишний раз предупредила Аарона Элизабет, – смело сплетничай обо мне с любым слугой, готовым тебя слушать. Ты знаешь, что сказать.
– Ага, – сказал он с издевкой. – Мы им всем расскажем, какое вы скаредное чудовище, такая строгая и праведная, что от страха сам дьявол будет жить, как святой.
Элизабет кивнула и с неохотой повернулась к дому. Судьба сдала ей карту, и она хотела разыграть ее, как можно лучше.
С высоко поднятой головой и дрожью в коленках она пошла вперед, пока не поравнялась с Бертой. Дворецкий стоял в дверях, разглядывая Элизабет с откровенным интересом. Ей показалось, что он старается разглядеть ее груди под бесформенным черным платьем. Дворецкий отступил от двери, чтобы пропустить их.
– Мой хозяин с гостями и скоро присоединится к вам, – объяснил он. – Тем временем Курбес проведет вас в ваши комнаты.
