"
"– Вы представить не можете, как утомительно утешать рыдающих молодых дам, которые расточают свои чары в надежде, что Ян исполнит свой долг, – сказал он Элизабет. – И это еще ничто по сравнению с тем, что я чувствовал, когда он выставил лошадь на скачках, и один мой прихожанин подумал, что я идеально подхожу для того, чтобы следить за ставками! – Смех Элизабет зазвенел среди холмов, и священник, не обращая внимания на недовольный вид Яна, весело продолжал: – Я стер колени, часами, неделями, месяцами молясь о его бессмертной душе…
– Когда ты закончишь перечислять мои прегрешения, Дункан, – прервал Ян, – я представлю тебя даме.
Вместо того, чтобы рассердиться на тон, каким это было сказано, священник имел довольный вид.
– Обязательно, Ян, – спокойно вымолвил он. – Мы всегда должны соблюдать все приличия.
И тут Элизабет внезапно поняла, что осуждающая тирада, которую она ожидала от священника, когда тот впервые увидел их, все же была произнесена – тонко и искусно. Разница была только в том, что добрый священник направил ее исключительно против Яна, снимая с Элизабет вину и избавляя от дальнейшего унижения.
Ян, очевидно, тоже понял это. Протягивая дяде руку, сухо сказал:
– Ты хорошо выглядишь, Дункан, несмотря на стертые колени. И, – добавил он, – могу тебя заверить, твои проповеди одинаково убедительны, независимо от того, стою я или сижу.
– Это оттого, что ты имеешь прискорбную привычку засыпать на середине и стоя, и сидя, – ответил священник, пожимая Яну руку.
Ян повернулся, чтобы представить Элизабет.
– Могу я представить леди Элизабет Камерон, мою гостью?
Элизабет подумала, что такое объяснение звучит намного хуже, чем то, что он видел, как она целовала Яна, поэтому поспешно покачала головой.
– Это не совсем так. Я – что-то вроде…
Она не могла придумать объяснение, и священник пришел ей на помощь.
– Путешественница, вынужденная здесь остановиться, – подсказал он. – Я прекрасно понимаю… Я имел удовольствие познакомиться с вашей мисс Трокмортон-Джоунс, и это она срочно отправила меня сюда, как я уже говорил.
Я обещал пробыть здесь до завтра или послезавтра, когда она вернется.
– Завтра или послезавтра? Но они должны были вернуться сегодня.
– Произошел несчастный случай… небольшой, – поспешил он заверить. – Эта норовистая лошадь, на которой она ехала, как говорит Джейк, имеет привычку лягаться.
– Люсинда сильно пострадала? – спросила Элизабет, уже прикидывая в уме, как бы к ней поехать.
