Он пришел вечером.
Он волновался, и это было заметно. Он обнял Лилу, поцеловал ее и растерянно огляделся по сторонам. Запер все окна и двери, точно боялся неожиданного вторжения. Они занялись любовью – впервые с ночи в Форио в настоящей кровати. Потом Нино встал и сел за книги, то и дело жалуясь на недостаток света. Лила тоже поднялась и стала по книге проверять, как он запомнил материал. Спать они легли в три часа ночи, выправив новую статью для «Иль Маттино», и заснули в объятьях друг друга. На улице хлестал дождь, оконные стекла дрожали от ветра, но Лила в этой чужой квартире чувствовала себя в безопасности.
Тело Нино было таким новым, длинным, тонким, таким непохожим на тело Стефано. Ее возбуждал его запах. Ей казалось, что она впервые вышла из мира теней и попала в настоящую жизнь. Утром, едва спустив ноги с постели, она бросилась в туалет, где ее вывернуло. Дверь она закрыла, чтобы не разбудить Нино.
91
Их совместная жизнь продлилась двадцать три дня. С каждым часом Лила все отчетливее чувствовала облегчение оттого, что бросила прежнюю жизнь.
Она не жалела о комфорте, полученном благодаря замужеству, не скучала по родителям, братьям и сестрам, по Рино и племяннику. Ее не волновало, что рано или поздно ее сбережения закончатся. Единственное, что имело для нее значение, – это то, что она засыпает и просыпается рядом с Нино, сидит возле него, когда он читает или пишет, и ведет с ним оживленные беседы, позволяющие ей блеснуть умом. По вечерам они куда-нибудь ходили: в кино, на презентацию новой книги или на политические дебаты и возвращались поздно вечером, пешком, несмотря на холод или дождь, шагая в обнимку и на ходу перешучиваясь или подкалывая друг друга.
"
"Однажды они отправились на встречу с писателем и режиссером по фамилии Пазолини. Вокруг его работ кипели яростные споры; Нино его не любил и отговаривал Лилу идти: «Да он просто педик! И пишет про каких-то проституток!» Лучше остаться дома и позаниматься. Но Лиле было любопытно его послушать, и она настояла на своем. Встреча проходила в том самом зале, куда я когда-то водила Лилу на лекцию, рекомендованную профессором Галиани.
Лила была в восторге и по окончании мероприятия потащила Нино к писателю, чтобы задать ему еще пару вопросов. Но Нино разнервничался и не пустил ее; особенно ему не понравилось, что на противоположном тротуаре выстроилась шеренга парней, выкрикивавших непристойности в адрес Пазолини. «Идем отсюда! – с тревогой сказал он. – Он мне омерзителен, как и эти фашисты».
