Различия между левым и правым полушариями: от клеток к процессамОдним из ценнейших аспектов работы в междисциплинарном центре является то, что вам в голову приходят неожиданные вопросы и постановки экспериментов. Лео обучал молодого нейроанатома Джеффри Хатслера, и мне посчастливилось нанять его. Он обладал чрезвычайно ясным умом, был из тех умельцев, что в лаборатории незаменимы, и, несмотря на прекрасное чувство юмора, слыл в некотором роде одиночкой. Подготовить все к клеточным и химическим экспериментам в нейроанатомической лаборатории – занятие непростое.
Оно требует много времени и терпения, да и работа сама тяжелая. Лишь благодаря тому, что мы с Джеффом оказались в одном и том же месте в одно и то же время, нам удалось заняться одной из важнейших проблем, связанных с функционированием человеческого мозга: есть ли в его корковых областях нечто особенное, что способствует овладению языком?
В нейробиологии часто возникает вопрос “гены или среда”. Появляется ли что-то уже настроенным изначально так, что возможность изменений невелика? Или основа определяется генетикой, но поддается модификации? В лаборатории по соседству с лабораторией Джеффа мы собственными глазами наблюдали зарождение языка и речи в некогда немом правом полушарии Дж.
У. Изменилась ли основополагающая настройка, или задатки уже присутствовали изначально и просто начали развиваться каким-то неподвластным пока нашему пониманию образом?
Была и другая загадка. Все пациенты с расщепленным мозгом были тщательно исследованы Хилльярдом и его коллегой Мартой Кутас.
Марте вскоре предстояло стать одним из мировых экспертов по определенному обнаруженному ею мозговому колебанию, которое назвали N400, или колебанием “семантического рассогласования”[175]. В проводимых Мартой тестах испытуемые слышали начало предложения наподобие “Я беру свой кофе со сливками и…”, а концовка высвечивалась на экране – либо подходящая (“сахаром”), либо неподходящая (“цементом”). Когда эксперимент проводился на обычных людях, мозг отвечал колебанием N400, если слово было неподходящим, в противном же случае этого колебания не возникало.
Марта, по сути, обнаружила в мозге биомаркер синтаксиса.
Люди, исследующие колебания электрической активности мозга, также изучают вопрос, откуда эти колебания берутся. История “генераторов” мозговых колебаний долгая и запутанная. У здоровых людей колебание N400 присутствовало в обоих полушариях, хотя считалось, что лишь левое задействовано в понимании языка.
