Не обнаружив ее рядом, на миг испугался, но в этот момент дверь ванной комнаты отворилась, и оттуда показалась моя истинная с ребенком на руках. На ее губах блуждала улыбка.
– Доброе утро, лэрд генерал! Как спалось? – поинтересовалась она.
– А почему так официально? – ответил я вопросом на вопрос.
Эления пожала плечами и принялась заниматься ребенком. Подложив под голову руки, я наблюдал за ними. Истинная то и дело поглядывала на меня, и от этих взглядов меня словно теплом обдавало.
– Ты так смотришь… – заметил я.
– Просто смотрю! – ответила она поспешно и зарделась. А потом неожиданно возмутилась: – Данте, прекрати меня смущать!
– Ха! Это я-то тебя смущаю? – удивился я. – Ходит тут передо мной в одном тонком халатике. Посматривает так, что внутри все переворачивается от желания затащить тебя в постель, и это я ее смущаю! – рассердился я наигранно.
Эления возмущенно выпучила глаза, покраснев, а затем ехидно парировала:
– Тебе говорили, что ты очень милый по утрам?
О ее абсурдного заявления я не выдержал и рассмеялся.
– Слышали бы тебя мои подчиненные! Вот кто не назвал бы меня милым ни в какое время суток.
Вместо ответа Эления передала мне ребенка и заявила:
– Побудь с ним, мне в уборную надо!
Она снова скрылась за дверью ванной, а я остался один на один с младенцем и слегка оробел.
Что-то незримо изменилось в нем с момента нашей первой встречи. Он стал другим? Вырос?
И правда…
Не зря говорят, что дети растут не по дням, а по часам.
– Кажется, кое-кому скоро исполнится месяц, – заявил я малышу, и в ответ услышал согласное: «Гху!»
Клянусь всеми богами, он мне ответил!
– Мы должны сделать хороший подарок маме, верно, Александр?
Ребенок продолжал смотреть на меня не мигая.
Я понятия не имел, как полагается играть с детьми, потому вытянул губы дудкой и попытался изобразить что-то вроде: «Пу-пу-пу!»
Наследник, внезапно быстрый, точно кобра в пустыне, ловко схватил меня маленькой ручонкой за нижнюю губу. Да так крепко, что даже стало немного больно!
– Кьепкие фруки! И фто взе ты делаефь? – поинтересовался я.
– Гу! – ответил дитеныш и снова дернул губу.
Я аккуратно расцепил маленькие пальчики. Поцеловал крепко сжавшийся кулачок и улыбнулся, положив сына себе на грудь. Он попытался приподнять голову, но потерпел неудачу и расстроенно закряхтел, намереваясь заплакать.
– Ничего страшного, скоро получится. Ты же настоящий дракон! – успокоил я его.
– Гуг! – согласился со мной малыш и попробовал снова.
На этот раз у него почти получилось.
