За эти недели в его постели побывало много женщин, но ни одна из них не смогла помочь ему выбросить из головы образ зеленоглазой незнакомки. Раса двуликих и людей живет в мире, смешанные связи не редкость. Но Виттор никогда не питал слабости к человеческим женщинам, скорее наоборот, он ненавидел людей за их мелочность и двуличие. Потому собственная тяга к простой человеческой шлюхе выбивала из колеи.
Он бы не стал искать ее, но словно сам Источник пожелал вновь напомнить Виттору о ней. Проезжая верхом своим обычным маршрутом к крепостным воротам, он увидел впереди тех самых стражников, что развлекались в лесу с зеленоглазой незнакомкой.
Он бы ни за что не подошел, но чуткий слух грифона уловил брошенную рыжим фразу:
– Продешевили мы. Куча магов сегодня собирается, – причитал он.
– Да уж, у малышки сегодня дебют, – отозвался второй.
– Зачем собираются маги? – Виттор даже не сразу заметил, что остановил коня, преградив всадникам дорогу. Те что-то залепетали, приветствуя его. – Что с девушкой?!
– Так она с искрой оказалась.
Алисия сегодня аукцион проводит.
Больше ничего не спросив, Виттор развернул коня и помчался к центру города, откуда недавно уехал. Миновав торговые ряды, он свернул в так называемый «Цветочный квартал», где располагались все бордели города. Самым богатым из них был дом, принадлежащий мейтрис Алисии. Туда он и направил своего коня.
Спрыгнув с коня и бросив поводья подоспевшему слуге, он ворвался внутрь. Никогда прежде ему не приходилось бывать в борделе, ведь шлюхами работают люди.
Да и зачем ему бордель, когда любая девушка желает привлечь его внимание? Он шел по незнакомым помещениям, ориентируясь на громкие мужские голоса."
"Виттору стоило бы задуматься о том, что о его визите в дом утех пойдут слухи. Но все здравые мысли развеялись, как только он увидел ее. Девушка стояла на сцене в центре зала, обреченно глядя на торгующихся за нее мужчин. Виттор замер, скользя жадным взглядом по лицу и телу девушки, чей образ не давал ему покоя последние две недели. Волосы цвета темного меда волнами спадали на ее хрупкие плечи.
Лицо миловидное, с большими зелеными глазами и алыми пухлыми губами, нежными, манящими. Образ завершало белоснежное платье, в котором девушка выглядела невинной, юной и такой порочной, потому что тонкая ткань позволяла оценить все изгибы стройного тела. В паху стало тесно, до рези больно, настолько он хотел девушку. Простую человеческую шлюху. Он и хотел ее, и ненавидел за те желания, которые она будила в нем.
