С приоткрытым ртом я наблюдала, как нити закручиваются причудливыми узлами, формируя над котелком светящийся рисунок. Узор мигнул, заставив меня с тревогой взглянуть на Натана. Казалось, каждая мышца его тела напряжена, на лице выступил пот. Он сразу отвел от меня внимательный взгляд, возвращая все внимание плетению.
Магические нити силы вскоре слились в единый сложный рисунок. Приглядевшись к нему, я попыталась запомнить узлы, чтобы применить их в вязании, если Натан по моей просьбе привезет пряжу. Плетение опустилось в готовое зелье, сверкнуло мягким светом и исчезло.
Зелье потеряло цвет, став прозрачным.
– Получилось! – Я радостно захлопала в ладоши и даже в порыве сжала запястье Натана. Он устало улыбнулся, отступил и присел на стоящий рядом стул.
– Настя, что ты рассматривала на потолке?
– Спасибо, что сделал плетение видимым для меня.
Я немного смутилась, потому что читала, будто обычные люди не видят магии.
– Это невозможно. Я не могу сделать нити силы видимыми.
– Но… как?
Кажется, сложившаяся ситуация озадачила не только меня.
– Может, это остаточный эффект после потери Дара?
Я опустила глаза. Натан много рассказывал мне о себе, я же боялась раскрыться. Наверное, зря. Кому, как не Натану, рассказать всю правду о себе? Он предложил свою помощь, даже не дожидаясь просьбы с моей стороны. И сейчас обучает меня, всячески оберегает.
– Ты можешь доверять мне. – Натан словно прочитал мои мысли. Да, могу.
– Я должна была стать магом, но выжгла свой Дар, когда его пытались заблокировать.
– Это как-то связано с тем, что ты вольная?
– Я не преступница, – встрепенулась я, заглянув Натану в глаза. Я не хотела, чтобы он думал обо мне плохо. – Дрейсон провел ритуал, чтобы удержать меня. Я его истинная пара.
– Но…
– Да, я в курсе, что так не бывает. Надеюсь, ты поверишь мне. Я не из Вудрии, даже не из этого мира.
Вкратце я рассказала, как, пытаясь спасти котенка, попала на дорогу к Золотому рогу уже в Вудрии. Как стражники продали меня в бордель, а Дрейсон выкупил.
Не рассказала лишь историю наших сложных с Дрейсоном отношений. Заметив, что рассказ дается мне нелегко, Натан решил перевести разговор на другую тему:
– Скажи, ты чувствуешь свой резерв?
Я давно не заглядывала в ту пустоту, где когда-то расцветало мое солнышко, слишком было тяжело и грустно. И даже сейчас, видя нетерпение во взгляде Натана и ощущая надежду, я не решалась проверить резерв.
«Так, Настя, не будь трусихой», – одернула я себя, чуть прикрыв глаза.
