Знает ли об этом Настя?
– Не пытайся колдовать, я не жалела лепестков траммы, – продолжала Настя. – Я добавила семена пустынника. Все пройдет безболезненно.
Безболезненно? Это вряд ли. Сердце ныло, все плыло перед глазами, он почти не различал лицо Насти. Приподнявшись на руках, она нависла над ним. Несколько слезинок упало на его щеки.
– Прощай.
Он ощутил прикосновение нежных губ, прежде чем погрузиться во тьму.
Глава 31
Анастасия Свободина
Дрейсон заснул. Оторвавшись от его губ, я несколько долгих мгновений рассматривала его расслабленное лицо, запоминая черты.
Думаю, после того, что я сделала, мы больше не увидимся. Надеюсь, он поверит, что я хотела убить его, и не станет пытаться вернуть. Или вернет и на этот раз посадит на короткий поводок, четко обозначив мои обязанности. Но, надеюсь, побег мне все же удастся. Уж лучше попробовать, чем потом, сидя беременной в его дальнем поместье, кусать локти.
Решиться на такой шаг все равно оказалось непросто, даже после того зла, что он мне причинил.
Никогда в жизни не думала, что мне придется кому-то подсыпать яд. Если честно, до последнего сомневалась, что мне удастся напоить его своим зельем. Плана как такового не было. Я надеялась постепенно уговорить его снять артефакт. Но даже уговаривать не пришлось.
В своих записях Вилья отметила именно горькорень, быстродействующий яд, вызывающий бессилие. Выбор пал на него, потому что он не опасен для грифонов и требует минимальных концентраций. Дозы, который выпил Дрейсон, должно хватить на сутки.
Трамма заблокирует его резерв примерно на это же время. Значит, у меня сутки, чтобы скрыться."
"Я принялась за сборы. Умылась, выпила спрятанный и собственноручно приготовленный отвар от беременности. Потом переоделась в дорожный костюм, приготовленный мне Вильей, – серые брюки, рубашку и куртку. Собрала немного еды. Прихватила и артефакт подчинения воли. Мало ли, вдруг пригодится. Я читала, что он контролируется тем, кто защелкнул замок. Может, однажды проверю, кто знает?
Сборы были завершены за каких-то пятнадцать минут.
Напоследок я огляделась, чтобы ничего не забыть. Взгляд остановился на спящем Дрейсоне, прикрытом одеялом. Я боролась за свою свободу, но все равно было тяжело уходить. Магия ли это истинной пары или я успела привязаться к нему? Хотя, наверное, я никогда не смогу его забыть. Ведь он стал для меня первым во многом. Наверное, что бы я ни говорила, я просто не способна ненавидеть, вредить.
