— Или… Если из-за Миши… То есть если он просил или как-то… — тарахтит Птичка задушенным шепотом.
— Я сам хочу, — перебиваю, потому что понимаю, что сейчас она вывалит тонну всего того, что вообще не имеет никакого смысла, и не остановится, пока не раскидает нас еще дальше.
— Сам? — переспрашивает, будто спохватываясь. Резко поворачивается ко мне. Не всматривается в мое лицо, а мечется по нему взглядом. И я понимаю, что бы она сейчас ни ляпнула, это будет не совсем здраво. Разболтало ее капитально. Похлеще меня. — Сам?
— Сказал же, — в третий раз подтверждаю свои слова.
Осознаю, что ей нужен более развернутый ответ, поэтому стараюсь быть максимально откровенным. — Да, я хочу, чтобы у моих детей была нормальная семья. Но и тебя… — оказывается, силенок не хватает, чтобы выдавить это без пауз. Чемпион, блядь. — Тебя я тоже хочу, Полина.
Как она реагирует на мои слова?
Щеки Птички розовеют, в глазах возникает блеск… И на этом все. Она снова молчит. Никак убить меня решила.
— Ответишь что-то? — негромко напоминаю, что жду определенной реакции на свой вопрос.
Знал бы кто, чего мне стоит этот спокойный тон.
— Мне страшно…
Конечно же, такой ответ меня не устраивает, но я изо всех сил пытаюсь отнестись с пониманием. Шагаю к ней осторожно, убеждая себя в том, что в случае повторного сопротивления настаивать не стану. Но, благо, Птичка не двигается. Позволяет мне приблизиться. Пять четких ударов сердца, и наше дыхание сливается. Даже обнимать ее не приходится. Она выступает инициатором. Порывисто скользит ладонями по моим плечам, тянется и скрепляет кисти у меня на затылке.
— Чего ты боишься? — прижимаюсь к ее переносице лбом. — Полина?
Вижу, как трепещут густые ресницы, и как дрожат искусанные губы. Чувствую и слышу, как срывается дыхание.
— У нас все… Все равно все неправильно… Если вдруг не получится… Будет больно… — паузы такие большие делает, что мне под конец едва удается собрать эти слова в какой-то смысловой ряд.
— Не обещаю, что не будет больно, — сдержанно шепчу я.
— Уверен, что будет. Где-то больно, где-то трудно… Главное, хочешь ли ты? Если хочешь, все получится."
"И снова застываем в молчании. Хуже того, Птичка дергается, елозит по мне и, в конце концов, отворачивается. Отступает на несколько шагов.
Вдыхая, мысленно считаю до девяти. На десятый обязан «подняться», сколько бы она меня не опрокидывала. Снова сокращаю расстояние и с видимой уверенностью кладу ладони Полине на талию. Скольжу по животу в самый низ и замираю.
