Эллисон Элиот-Карр. Дочь Ричарда Элиота, владельца и генерального директора одного из крупнейших инвестиционных банков в мире. Ее муж, Эван Карр, молодой человек с трастовым фондом из влиятельной семьи, связанной с политикой, и пользующийся популярностью у ее отца. Также он красавчик и развратный ублюдок, который без колебаний трахает все, что в «Маноло»3, от Майами до Манхэттена. Конечно же, эта пикантная информация не разглашается. Это моя работа — узнавать такие вещи. Чтобы попасть внутрь их голов. Раскрыть их самые темные тайны и заставить посмотреть им в лицо с неумолимой честностью.
Эллисон поджимает губы и качает головой, ее рот изгибается в язвительной улыбке.
— Вам нравится это? Унижать нас? Заставлять нас чувствовать себя ущербными и неполноценными? Будто именно мы — причина наших не совсем безупречных браков? Разве это мы ответственны за то, что таблоиды разрывают нас на куски? Вы не знаете меня. Вы не знаете ни одну из нас. И все же вы думаете, что сможете нам помочь? Я вас умоляю, я говорю «брехня»4.
Я откладываю столовые приборы и прикладываю ко рту льняную салфетку, а затем проницательно и самодовольно улыбаюсь:
— «Брехня»?
— Ага, определенно «брехня». В смысле, кем, черт возьми, вы себя возомнили?
Мои губы медленно растягивает улыбка. Я представляю себе, как облизываю пасть, как лев, собирающийся полакомиться изящной, вкусной газелью.
— Я — Джастис Дрейк, — самоуверенно заявляю я без объяснений. Это — обещание и предзнаменование, завернутое в подарочную упаковку из двух небольших слов.
— Ну, Джастис Дрейк... вы, друг мой, самовлюбленный хвастун. Вы ничего не знаете о наших ситуациях. Нет никакой волшебной панацеи, способной излечить наши браки. Но вы не узнали бы это, потому как ни хрена не знаете о нас. Вы не часть нашего мира. Черт, да вы, вероятно, берете информацию на шестой странице5 или на сайте ‘TMZ’6, — с надменным взмахом руки она откидывается на спинку стула и делает глоток вина, ее голубые глаза лани пристально смотрят на мой невозмутимый вид."
"Подражая ее движениям, я отклоняюсь назад на своем стуле и складываю руки под подбородком, локтями опираясь на подлокотники.
Мой взгляд копается в ее, распознает следы боли, смущения, гнева — чувств, которые она пытается спрятать за своим выражением лица от публики. Однако никакое количество косметики «Мак» или «Мэйбелин» не замаскирует несомненный ад, который запечатлен на ее матовой коже.
— Эллисон Эллиот Карр, жена Эвана Уинстона Карра, дочь Ричарда и Мелинды Эллиот.
