Одно слово отцу Рана или твоему отцу, и ваши милые игры закончатся навсегда.
– Да ты про что… – Я совершенно не понимала, о чем он толкует, а потом вдруг будто кипятка хлебнула – во рту пересохло. – Да ты что! Ты с ума сошел! Мы с Раном никогда…
Что за глупости! Никому и в голову бы не пришло так думать о нас. Ран мой наставник и друг семьи! Как он может!
И в то же время я понимала, если этому подлому существу, каким является мой недалекий, но злобный однокурсник, придет в голову испортить нам жизнь, то его ничто не остановит.
– Чего ты хочешь? – прошептала я.
– Ничего такого. Поиграть с тобой, маленькая пустышечка. Быть уверенным, что о моих играх никто не узнает. Ни директор, ни Ран. Никто и никогда. А иначе…
– Тебе никто не поверит…
– Хочешь проверить?
Он снова защипнул кожу на моем плече двумя пальцами и вывернул ее.
– Тихо, тихо, тихо… Тсс… – приговаривал он, пока я пыталась не застонать. Слезы все равно потекли из глаз, тут я уже ничего не могла поделать.
Люди, обступившие меня со всех сторон, ничего не замечали.
Со стороны мы казались просто двумя студентами-огневиками, беседующими о чем-то. Наверное, это выглядело довольно мирно: высокий рыжеволосый парень наклонился над расстроенной однокурсницей. Наклонился и утешает, гладит по плечу. Сама забота…
Я не знаю, сколько это продолжалось, едва ли долго – все ждущие своей очереди на вход медленно, но верно продвигались вперед. И вот наконец тесный проем пройден. Вик выпустил меня.
– Смотри, бездарница! Одно лишь слово, и ты пожалеешь.
Ран первый увидел меня. Я почувствовала, как лезвие деревянного меча плашмя легло мне на плечо.
– Все, Корюшка. Бестия сцапала тебя!
Мы часто шутили так: смысл состоял в том, чтобы застать противника врасплох. Выигравший получал преимущество на тренировке. Обычно я, попавшись, начинала гоняться за Раном, пытаясь если не проткнуть его мечом, так хотя бы попытаться это сделать. Он хохотал и уворачивался.
Сегодня мне было не до смеха.
– Что-то случилось, Кора?
– Нет, все хорошо…
Я смотрела в сторону, но Ран все равно заметил, что мои глаза покраснели.
Проклятый Вик. Не сумел открыто испортить мне жизнь – начал действовать исподтишка. Я понимала, что никто бы не поверил его грязным сплетням… Но рисковать не хотелось.
Ран все понял по-своему.
– Кора, на тебе лица нет. Давай отложим.
Но отступить сейчас означало бы, что Вику удалось меня сломить. Я не дам ему это сделать!
– Нет, Ран. Сегодня.
