Ран осторожно снял ее с моей головы, пригладил пряди волос.
– Вот, другое дело. Ты что, обиделась?
– Конечно, нет. Я просто… тороплюсь!
– М-м, вот оно что. А я хотел вечером пригласить тебя на…
– На тренировку? Да, я знаю. Теперь уже должны открыть амфитеатр.
Ран тихонько взял меня за подбородок, пытаясь заглянуть в глаза. Наверное, терялся в догадках, не понимая, что со мной творится. А я просто не успела подготовиться к его появлению. Он застал меня врасплох. Чудесное, сказочное утро. Снег, укрывший землю.
Я сбежала по лестнице, переполненная радостью. А тут еще он подхватил меня на руки и закружил. Нет, нельзя так. У меня сердце до сих пор стучит неровно, пропуская удары.
Он так ничего и не понял, продолжил растерянно:
– Да, это тоже. Но потом, после тренировки, прогуляемся до корпусов воздушников.
– Прогуляемся? – уточнила я, думая, что ослышалась. – Вверх по горе, ты имеешь в виду?
– Да, по той самой тропе. Помнишь, я говорил?
– А зачем?.. – начала было я, но осеклась, догадавшись: – Мне ведь тебя ни о чем нельзя сейчас спросить?
Бедное мое сердце еще от первого потрясения не отошло, как опять затрепыхалось, словно огонек свечи под порывом ветра: Ран приготовил мне новое испытание.
– Будет лучше, если я пока промолчу. Ты все узнаешь вечером.
Я думаю, он увидел, как мое лицо побелело. Я почувствовала, как закружилась голова. Гора воздушников в прошлый раз оставила в памяти самые неприятные воспоминания.
– Если хочешь – отложим на несколько дней?
– Нет… – Я качнула головой и уже уверенно повторила: – Нет! Чем быстрее, тем лучше.
Ран протянул было руки, чтобы шутливо обнять, но, вспомнив недавнюю мою реакцию, просто поправил капюшон на мантии.
– Смелый дружище, – сказал он весело, но с ноткой нежности. – Давай провожу тебя, а то мне не нравится, как ты побледнела.
Думаешь, мне нравится, Ран? Очень хочется выглядеть невозмутимой сорвиголовой. Снова шагнуть с горы в пропасть, если понадобится. Приподнять иронично бровь, сказать скучающим тоном что-то вроде: «Хм, неужели опять придется полетать?» – и шагнуть.
Так нет же, я уже отчаянно трушу.
На занятиях я едва слышала, что говорят преподаватели. Даже на любимом предмете «Введение в Бестиарий» не смогла ответить на простейший вопрос, и старенький магистр Корр, сокрушенно покачав головой, влепил мне «скверно»."
"– Что с тобой, Кора? – допытывалась у меня Вита во время обеденного перерыва.
– Ты совсем ничего не ешь, – подхватила Норли.
