Расправляя складки своего платья, она почувствовала, что стесняется своей фигуры – слишком бесформенной для того, чтобы показываться гостям – да еще столь важным. И женщина пожалела, что беременность ее уже невозможно скрыть.
Спустившись вниз и деликатно постучавшись, Кэтрин вошла в кабинет. Едва она появилась на пороге, Хью тотчас оказался рядом; он проводил ее к креслу перед камином и, заботливо усадив, сам примостился на подлокотнике.
– Простите мою неучтивость, – сказала Кэтрин сэру Вильяму. – Однако сейчас мне не слишком удаются реверансы…
– Не стоит извиняться, миледи, – ответил вице-король.
– У меня есть для вас превосходная новость, но я получил нынче и крайне прискорбное известие.
Хью покосился на жену, затем выразительно посмотрел на сэра Вильяма. Тот, однако, не заметил этого предостерегающего взгляда.
– Начните с плохого, – с улыбкой попросила Кэтрин. – Пусть хорошая новость послужит нам потом утешением.
– А может, не стоит сейчас о грустном? – заботливо спросил Хью, пытаясь заглянуть жене в глаза.
– Если я жду ребенка, то это еще не значит, что я сама впала в детство и меня надо опекать, как неразумного младенца, – резко ответила Кэтрин.
Хью со страдальческим видом закатил глаза. Жена его порой вела себя словно капризное дитя, хотя и утверждала во всеуслышание, что таковым не является.
– Супруга лорда Берка скончалась, – скорбно проговорил сэр Вильям. – Умерла родами…
Тут он взглянул на округлившийся живот Кэтрин и испуганно замолчал. Только сейчас сэр Вильям понял, какую ужасную бестактность совершил.
Хью и Кэтрин побледнели.
– Дьявол, – пробормотал Хью и встревоженно посмотрел на жену. – Ты себя плохо чувствуешь?
Потрясенная страшной вестью, Кэтрин все же отрицательно покачала головой. Эта красивая и смелая женщина никогда не задумывалась о том, что рождение ребенка может стоить ей жизни. Хью накрыл ледяную руку жены своей теплой ладонью.
– Ну, а какова же хорошая новость? – дрожащим голосом спросила Кэтрин.
– Я глубоко сожалею, леди Кэтрин, – извинился сэр Вильям, а затем добавил с улыбкой: – Впрочем, теперь я должен называть вас графиней…
– Что? – в один голос воскликнули Хью и Кэтрин.
– Ее Величество получила ваше прошение и изволила ответить согласием, – торжественно проговорил сэр Вильям. – В первый день нового года в Дублинском замке я объявлю, что вы являетесь отныне графом и графиней Тирон.
Хью просиял, затем наклонился и коснулся губами щеки Кэтрин.
– Спасибо, – шепнул он.
