За годы своей унылой жизни с Шоном Кэтрин пристрастилась к верховой езде, и теперь ей недоставало прогулок по окрестностям Данганнона. Она не привыкла сидеть в четырех стенах. Ей отчаянно хотелось вскочить на лошадь и вихрем помчаться вперед. Желание это было таким сильным, что Кэтрин решила пойти на хитрость – лишь бы добиться своего. Он отлично все продумала. Никакого риска нет. Она немного покатается и вернется обратно. Хью ничего и не узнает.
– Оседлайте для Полли самую смирную лошадку, – приказала Кэтрин старшему конюху О'Нейла.
– А я возьму вот эту славную кобылку.
Конюх Симус задумчиво поскреб в затылке, пытаясь сообразить, что же ему делать. Он нутром чуял, что прогулка невесты может очень не понравиться милорду.
– Что-нибудь не так? – Кэтрин удивленно вскинула брови.
– Нет, нет, миледи, – ответил конюх и с тяжким вздохом пошел за лошадьми.
Несколько воинов О'Нейла с интересом наблюдали, как две женщины вывели лошадей из конюшни. Кэтрин объяснила, как нужно правильно садиться в седло, а потом заставила Полли все повторить.
– Хорошо, – кивнула Кэтрин, выслушав служанку. – А теперь влезай!
Дрожа от страха, Полли подошла к лошади, но не смогла взобраться на нее. Воины громко расхохотались, и Кэтрин еще больше захотелось птицей взлететь в седло. Красавица не могла позволить этим людям насмехаться над ней.
– Я помогу тебе, – сказала Кэтрин служанке.
– Вы поможете мне? – воскликнула Полли. – Но вам нельзя напрягаться! В вашем положении…
– Чепуха! Я сказала, что помогу тебе.
– Голос Кэтрин был жестким, и Полли поняла, что лучше не спорить.
Собрав все силы, Кэтрин подсадила Полли в седло. С торжествующей улыбкой молодая женщина посмотрела на людей Хью, но те сделали вид, что ничего не заметили. Тогда Кэтрин ловко вскочила на свою кобылку.
Прогарцевав по заднему двору, она показала служанке, как надо управляться с лошадью. Потом потребовала, чтобы Полли сама проделала все то, что увидела. Что ж… Молодая ирландка оказалась способной ученицей.
– Оставайся здесь и сделай несколько кругов по двору, – велела ей Кэтрин, – а я немного проедусь.
– Нет, – запротестовала Полли. – Вы… – Кэтрин рысью выехала со двора, не дав девушке договорить.
Полли едва не заплакала. В душе у нее боролись два чувства: страх за свою госпожу и боязнь бешеной скачки. Однако решив, что сейчас не время дрожать за себя, Полли отважно послала свою лошадь вперед, но тут в поводья вцепилась крепкая мужская рука.
Это была рука Патрика.
