Вскоре мы с Верой сидели на летней кухне, и пили чай с колбасой, хлебом и окороком. За чаем, Вера рассказывала о своей жизни в детдоме:"
"— У нас очень хороший детдом — по пятницам в баню водят, подстригают, одевают и обувают по сезону. У каждого есть отдельная кровать, матрас и даже постельное белье. И шефы у нас хорошие. Завод «Авиаприбор». Вот последний раз на 1 мая приезжали и старших ребят с собой на демонстрацию брали. Я тоже ходила. И работать я туда пойду, мне общежитие обещают дать. Кормят тоже регулярно.
Другой разговор, что старшие ребята у младших еду отбирают и заставляют на рынке воровать. А кто не ворует, того бьют. Девочек могут и изнасиловать. Меня тоже пытались, но я не далась, я сильная и дерусь хорошо.
Вера согнула руку в локте и разрешила мне пощупать её бицепс:
— Смотри, какая я сильная.
— Да, ну и порядки же там у вас. А воспитатели куда смотрят?
— А у воспитателей зарплата маленькая, а им свои семьи кормить нужно. Поэтому они воруют у нас, а мы воруем на рынке и добычу приносим в детдом.
Так и живём.
Тут, Вера, видимо вспомнив что-то, спросила у меня:
— Василий, скажи, а ты взаправдашний волшебник?
Она при этом была такая уморительная, что я с трудом сдержался от смеха.
— Ну, ты что, Вера? Маленькая что ли? Ты же знаешь, волшебников не бывает.
— Бывают только маги, но и тех очень мало, — добавил я про себя.
Вера продолжала смотреть на меня, но в её глазах медленно таяла надежда на чудо. Смотреть на это было больно, и у меня сжалось сердце, это все-равно, как у ребёнка игрушку отнять.
Неожиданно над нашими головами прогремел гром. Мы сидели на летней кухне и выскочили из неё во двор, чтобы увидеть буйство стихии. Все небо было затянуто грозовыми тучами. Вот прямо перед нами, почти над нашими головами небо раскололось, выпуская из своих недр молнию, похожую на сверкающее перевёрнутое дерево и упирающееся своей вершиной в берег реки напротив нашего участка. Вслед за молнией раздался жуткий грохот. Вера взвизгнула и спряталась за моей спиной, обняв меня сзади.
И в это же время вернулась Даша. Не успела она закрыть за собой ворота, как разверзлись хляби небесные. На нас хлынул ливень, как из ведра. И хотя мы стояли в десяти метрах от входа в мою половину дома, все, в том числе и Даша прибежали туда уже мокрые с головы до ног.
— Это кто, — спросила меня Даша, показывая на Веру.
— Знакомься, Даша, это Вера, воспитанница детского дома номер …, — тут я прервался, поворачиваясь к Вере с немым вопросом.
