Вопрос, конечно, непростой, но мне-то как быть? С каждым днем отрядная казна будет все больше нуждаться в пополнении.
«Да, Петр Василич… — упрекнул я себя. — Не успел атаманом стать, как сразу о походе за зипунами начал думать. Вот оно — порочное влияние Востока! А еще называл себя цивилизованным человеком!»
* * *Калькутта, Форт-Уильям, канун Рождества 1801 года.
Командер-ин-чиф, генерал-лейтенант Джерард Лейк страдал от диареи. В этом не было ничего позорного или исключительного — мало кто из офицеров королевской армии, отправленных в Индию, избежал этого недуга.
Среди колонистов и худшее случались, но это обстоятельство не делало главнокомандующего счастливее. Когда из задницы льет, как из дырявого ведра, а тебе предстоит многодневный поход — от радости не запрыгаешь.
Он так и сказал сэру Уэлсли, слово в слово, со всей своей грубой солдатской прямотой. «Солдафон!» — вызверился генерал-губернатор, но виду не подал. Наоборот, изволил посмеяться, прикрывая нос надкушенным кельнской водой платочком — от генерала изрядно попахивало.
Он искоса осмотрел бриджи высшего офицера, но ничего пикантного не углядел. Белоснежные, обтягивающие ляжки штанишки, заправленные в высокие черные сапоги, с тыла прикрывали длинные фалды ярко-красного мундира. Никаких подозрительных пятен на виду!"
"В талии Лейк был туго затянут в бордовый офицерский шарф, завязанный узлом на левом, как принято в пехоте, боку. Его двууголка, нависая над носом подобно огромному клюву пеликана, визуально увеличивали орлиный нос генерала, но ничего не могла исправить — на лице Джерарда упрямо застыло какое-то детское выражение наивности и обиды, тем более странное, если учесть биографию этого джентльмена.
Он прославился неслыханной жестокостью во время недавнего подавления восстания в Ирландии, а прибыв в прошлом году в индийские колонии, тут же принялся укреплять дисциплину. Плетки так и охаживали солдатские спины, а генерал наблюдал за экзекуциями все с тем же видом доверчивого ребенка.
— Пора бы нам уже начать, сэр. Раньше выйдем, быстрее разберемся с нашими затруднениями.
Да и вас не хотелось бы надолго отвлекать от многотрудных забот — без вашего ежедневного попечения колония зачахнет, — заявил генерал, изображая рубаху-парня.
Эта дерзость, завернутая в грубую лесть, в неуклюжий комплимент, заставила сэра Ричарда недовольно поджать губы. Но он промолчал, хотя на языке так и вертелся ответ — мол, не дело армии судить о гражданском управлении и уж тем более торопить генерал-губернатора.
