От Милы головокружительно пахло дорогим парфюмом, но, кроме этого, Барабас учуял запах перегара. С кем это она, интересно, выпивала? Может, с экономкой? Ведь сегодня служанка ночевала с ней дома, и он знал это. Как же он сунулся в этот дом без разведки? Это сейчас никто не следит за этим домом, потому что Вадим здесь. Разве что менты могли оставить здесь свои глаза и уши. Да у Архара есть своя разведка.
– А чего родителей к себе не зовешь? Так бы веселей было.
– Не хотят, – покачала головой Мила.
– Почему?
– Есть причина.
– Какая?
– Ты приехал ко мне, чтобы о родителях поговорить?
– Нет, я приехал поговорить о тебе. Скучно вдруг стало, и вообще… Да и события назревают кое-какие. Кстати, никто не готовит кофе так вкусно, как ты.
Действительно, кофе, которым угощала его Мила, казалось ему самым лучшим из того, что ему приходилось пробовать. Но дело здесь не во вкусах, а в ощущениях, в отношении к ней самой. Нет ничего вкуснее блюда, приготовленного руками желанной женщины.
– Ну, если ты так считаешь…
Мила вернулась в дом без всякого желания.
Там ее встретила Зинаида, экономка, миловидная ухоженная женщина лет сорока. Она могла бы приготовить кофе, но Барабаса такой вариант не устраивал, поэтому девушка сама встала к плите, а он занял место за барной стойкой, над которой вверх дном и в ряд висели бокалы для вина и коньяка.
Он полез в бар, достал оттуда бутылку виски. В конце концов, он Терехе друг и вправе рассчитывать на выпивку.
– Тебе дринк сделать? – спросил он, скрутив с бутылки пробку.
Мила живо и с интересом глянула на бутылку, но покачала головой:
– Мне коньяк больше нравится. Там «Хеннесси» есть…
Он налил Миле, она потянулась к бокалу, но вдруг отдернула руку:
– Э-э… Я за рулем. Нельзя мне сейчас.
– Да ладно тебе. Завтра к родителям съездишь.
Было видно, что ей хочется выпить, и было бы глупо не сыграть на этом. С кем девушка пьет, с тем она потом и танцует. Алкоголь раскрепостит Милу, и она сама потащит его в постель. Кто-кто, а Барабас очень хорошо знал, как это бывает.
Хотя, конечно, чаще всего приходилось самому затаскивать пьяных женщин в постель, иногда силой. Но это природа, против нее не попрешь.
– Нет, нет, – пересилив себя, мотнула головой Мила. И снова вернулась к плите.
– А с ментом ты пила? – спросил он с досадой на ее отказ.
– С ментом?! – заметно вздрогнула Мила.
– Ну да, у тебя вчера ночью мент ночевал. Майор Потапов, – прищурившись, посмотрел на нее Барабас.
