Сегодня у ворот дежурил Боб. Открывая калитку, он вежливо осведомился:"
"— Уже вернулись, мистер Смитсон? Мистер Рейли ждал вас только послезавтра.
«Так какого черта он мне позвонил?», — сердито подумал Клайд, но вслух ничего не сказал, а только кивнул, натянув на лицо резиновую улыбку.
Шефа Клайд отыскал в западном крыле. Впрочем, это было несложно. В том крыле особняка располагался большой кабинет, так что если у шефа гости (о чем он сообщил в телефонном разговоре), то стол накрыли, конечно, в том кабинете. Войдя, Клайд чуть не присвистнул от удивления (вот черт, за время отпуска опять повылезали наружу привычки «парня с фермы»).
Состав приглашенных явно показывал — люди собрались здесь не только и даже не столько для того, чтобы попить виски и обсудить последний бейсбольный матч. Лично Клайд знал не всех, но даже присутствие тех, кого он знал, наводило на мысль, что «дружеская» вечеринка устроена для обсуждения чего-то очень серьезного. И, судя по тому, как весело шеф говорил с ним по телефону, он вполне доволен тем, как прошло (или идет) это обсуждение.
Шефа он отыскал в маленькой каминной. Тот был не один, причем этих троих Клайд не знал. Хотя нет, одного из них он знал прекрасно. Да и кто на Восточном побережье не знает Колина Торинфельда, ведущего девятичасовых новостей? Но это знакомство вряд ли можно было назвать личным.
— А, Клайд, ты вовремя. Успел перекусить?
Клад отрицательно покачал головой. Шеф добродушно усмехнулся:
— Ну ладно, еще успеешь, — и, повернувшись к остальным, с оттенком торжественности в голосе произнес: — Вот, господа, тот молодой человек, о котором я вам говорил.
Клайд Смитсон, моя правая рука вот уже около десяти лет. — Он снова повернулся к Клайду. — Знакомься, Клайд, это — мистер Конноли из «Ренда», а это мистер Гершвиц…
У Клайда екнуло под ложечкой. Лично этих людей он не знал, но то лично… «Ренд корпорейшен» — это «Ренд корпорейшен», а что касается второго, то фамилия Гершвиц очень часто мелькала в разговорах тех, кто посещал шефа в последнее время.
Клайду запомнилась даже одна фраза, сказанная, как он помнил, его бывшим тестем, сенатором Стрентоном: «Если удастся перетянуть Гершвица — считай ты уже выиграл».
— … ну а кто такой мистер Торинфельд, ты, как мне кажется, уже знаешь.
Гости несколько мгновений пристально разглядывали Клайда, затем Торинфельд обратился к шефу.
— А не слишком ли он молод?
Шеф пожал плечами и с коротким смешком ответил:
— Ну, это недостаток, который быстро проходит.
