— Значит постарайся, чтобы они не узнали. А сейчас мы вернёмся в деревню, — продолжил я. — Тебя осмотрит наш доктор, и после исцеления ты отправишься выполнять свою первую миссию.
Я поднял его на ноги, игнорируя болезненный стон. Обратный путь до Угрюмихи занял больше времени — приходилось поддерживать шпиона, который едва мог идти. Передав Черкасского заспанному, но профессионально собранному доктору Альбинони, я направился к лагерю торгового каравана.
Благодаря допросу Тимура, я узнал, что Фадеева на самом деле использовали втёмную, и он не имеет отношения к Демидовым.
«Уважаемые люди» просто намекнули купцу, что ему стоит отправиться торговать в этом направлении, и он послушался. А Черкасский втихаря занял место одного из свеженанятых охранников.
Картина, представшая перед моими глазами, вызвала удовлетворение. Вся охрана и сам глава каравана лежали лицом вниз с крепко связанными за спиной руками. Борис и его люди сработали чётко — ни одного выстрела, ни одной жертвы. Даже кровопролития удалось избежать.
Аристарх Фадеев бросил на меня яростный взгляд, когда я опустился рядом с ним на корточки.
— Что всё это значит? — прошипел он, пытаясь сохранить достоинство даже в таком положении. — Мы прибыли с миром, вели честную торговлю…"
"— Один из твоих людей пробрался в мой дом и пытался меня ограбить, — перебил я его. — Поэтому сейчас мы будем говорить о твоём будущем, Аристарх.
Фадеев нервно сглотнул, его самоуверенность мгновенно испарилась. До него, наконец, дошло, что его благородный статус и коммерческие связи не имеют никакого значения здесь, на краю цивилизованного мира.
Глава 6
Фадеев смотрел на меня с затаённым страхом, который не могла скрыть даже его напускная надменность. Я ухватил его за локоть и рывком поднял на ноги.
— Пойдём-ка поговорим, — произнёс я тихо, но твёрдо. — Наедине.
Купец не сопротивлялся, когда я повёл его к одной из его же повозок. Выбрав ту, что стояла чуть в стороне от остальных, я распахнул задний полог и практически втолкнул его внутрь, после чего забрался следом.
Внутри фургона царил полумрак, воздух был пропитан ароматами пряностей, кожи и металла — смесью запахов, свойственных помещению, где часто хранятся самые разные грузы. Я зажёг небольшой светляк, чтобы видеть лицо своего собеседника. В тусклом синеватом свете черты Фадеева заострились, сделав его похожим на загнанного в угол лисицу.
— Давай проясним ситуацию, — начал я, усаживаясь на деревянный ящик напротив него.
