Его покрывают власти, потому что он выполняет их грязные поручения. Когда нужно кого-то запугать, избить или заставить замолчать, обращаются к нему.
Я снова повернулся к рыжему, чья храбрость испарилась вместе с морозным кинжалом Полины.
— А пропавшие студенты? — мой голос лязгнул сталью. — Какое отношение вы имеете к их исчезновению?
Тот бросил быстрый взгляд на своих связанных подельников, затем снова на меня.
— Мы… мы иногда выполняли особые заказы, — его голос дрожал. — Шеф давал имена и адреса.
Мы должны были взять этих людей живыми и неповреждёнными. Он особо подчёркивал — никаких повреждений.
— Куда вы их доставляли? — спросил я, подходя ближе.
— На старый склад у Южных ворот, — выпалил он. — Бывшая текстильная фабрика Савельева. Там есть подвал с отдельными комнатами… почти как камеры. Мы их запирали и оставляли. Потом приезжали другие люди и забирали их.
— Кто эти люди?
— Не знаю! — пленник выглядел искренне испуганным. — Честное слово! Мы просто оставляли ключи в условленном месте.
Никогда их не видели. Шеф запрещал задавать вопросы или появляться на складе, когда происходит передача.
— Сейчас на складе есть кто-нибудь? — спросила Василиса, и я заметил в её глазах проблеск надежды.
— Нет, пусто уже недели две, — качнул головой бандит. — Последний заказ был давно. Шеф сказал, что временно работы не будет, велел заняться писакой.
— И вы никогда не интересовались, что происходит с этими людьми дальше? — в моём голосе сквозило презрение.
Он опустил глаза:
— Мы просто выполняли работу. За хорошие деньги. В нашем деле… лучше не задавать лишних вопросов.
Я многое мог бы ответить на это, но не стал. Такие как он всё равно не поймут."
"После того, как с допросом было покончено, я переключил внимание на их пленника. Молодой человек лет двадцати семи с всклокоченными тёмными волосами и ссадинами на лице выглядел потрёпанным, но держался удивительно спокойно для человека, только что избежавшего пыток.
Федот занялся его путами, разрезая клейкую ленту.
Жестом позвал журналиста в коридор, чтобы разговор не услышали лишние уши, оставив Федота с Гаврилой собирать документы, разбросанные бандитами.
— Спасибо, Прошка — хрипло произнёс через минуту журналист, потирая запястья. — Вы все появились очень… вовремя. Ещё минут пять, и была бы яичница! — короткий, почти истерический смешок вырвался из его горла.
Девушки, как по команде, синхронно вскинули брови.
