— Я же, блять, любил тебя, — произносит Марк. — Да и сейчас люблю, мразь такую.
Он хватает меня за волосы и тянет к зеркалу, тыкает туда едва ли не носом и произносит:
— Видишь? Ты себя видишь? На глаза свои посмотри счастливые.
Он прав. Это все, что я могла бы сказать в свое оправдание, но я онемела. Просто молча смотрю на свое отражение. Да, я изменилась, из взгляда пропала немая благодарность за спасение от насильников и поселилось женское удовлетворение. Марк за это меня наказывает? За то, что утратил мою благодарность? Что сам выбил ее кулаками и насилием из моей головы?
Странно.
Я бы могла упрекать его, сказать, что он единственный во всем виноват, но какой смысл? Алкоголь в его голове не позволит думать."
"Наконец, он меня отпускает, отшвыривает от себя, как безвольную куклу, на кровать и уходит. Я верю, что надолго. Меня начинает мутить, голова кружится, внизу живота скручивается болезненный спазм. Я не хочу думать, что мне серьезно навредили, просто не могу об этом думать, потому что помочь мне некому.
Я почти теряю сознание, когда слышу какой-то топот, ругань, звуки ударов, будто за дверью происходит драка, и выстрелы. Я отмечаю это автоматом, даже не открывая глаз. Я не открываю их даже тогда, когда дверь распахивается, а к моей кровати кто-то подходит. Я чувствую это, но сил на сопротивление или что-то другое у меня просто нет. Единственное мое желание остаться одной.
— Ева, — голос Руслана звучит совсем близко, а затем в нос ударяет и его запах.
Терпкий, дурманящий, волнующий рецепторы.
Я запомнила его надолго и сейчас мне кажется, что на грани потери сознания мой организм просто проецирует то, что я хочу видеть. Или жду, что меня спасут. Мне самой смешно, но на смех попросту не осталось сил. Разве Руслан будет меня спасать? Нет, конечно, он ведь сам желал этого, надеялся, что так произойдет.
Меня поднимают на руки, я снова слышу голос Руслана, как сквозь пелену, а еще дышу им. Этот мираж невозможный, но он так нравится мне. Я действительно хочу верить, что это он.
Опомнился, пришел, не знаю. Сердцу не прикажешь, оно отчаянно надеется, что полюбило не ублюдка, который не способен на чувства, а мужчину, который из-за желания отомстить перешел все границы.
Да, я ищу ему оправдания.
Глупо.
И только на улице, когда мои ноздри, наконец, вдыхают свежий воздух, я могу ненадолго распахнуть глаза и понять, что это не мираж, не сон и не плод моего воображения. Руслан действительно выносит меня из дома и направляется куда-то к воротам.
