— Не только вы.
— В смысле?
— Его полиция тоже ищет.
— Чего он уже натворил? — спрашивает второй парень. — Меня кстати, Ваня зовут.
— Меня в больничку отправил.
— Ебаать, это он тебя так? — кивая на моё ещё немного опухшее лицо, спрашивает Женя.
— Ага.
— Урод.
— Это дела не меняет, — вставляет Ваня. — Бабки нужно вернуть.
— А я при чём? — возмущаюсь я.
— Не выкупаешь, малая? Бати нет, спрос с семьи. То есть с тебя.
— Охренеть, конечно.
— Ты деваха нормальная, вроде. Мы тебя не тронем. Скажем, что дома не было никого.
Но сегодня пришли мы, а кто придёт через неделю, неизвестно. Другие от пирожков не поплывут.
— Типа вы поплыли, — бормочу себе под нос.
— Дело в первую очередь. Пирожки — приятный бонус, — говорит Женя.
— Сколько он должен? — спрашиваю я, понимая, что парням нет смысла мне врать.
Сегодня мне, можно сказать, повезло. Бандиты оказались адекватными. Пожалели. В следующий раз мне вряд ли так повезёт.
— Пятьсот кусков.
— Сколько?
— Ага.
— Когда нужно отдать?
— Вчера.
К концу недели будет плюс пять процентов.
— А если мне нечем отдавать?
— Босс согласиться натурой взять. Только отрабатывать не один день придётся.
— Н-натурой? — выдавливаю я.
Женя и Ваня мерзко смеются. Не стоит забывать, что передо мной бандиты. Нельзя с ним дружить. Нельзя им верить. Меня передёргивает от ужаса. Нужно как-то выкручиваться. Я не для того спасалась от одного авторитета, чтобы к другому в руки угодить.
— Если я сейчас отдам двести тысяч, проценты всё равно будут капать?
— Отодвинется на пару недель.
— Ждите.
Я вылетаю из кухни, бегу к заначке. Достаю практически всё. Молниеносно отсчитываю нужную сумму, прячу остатки обратно в банку и возвращаюсь к парням. Протягиваю деньги Ване. Он тут же пересчитывает и кивает.
— Принято. Босс будет доволен. С тобой приятно иметь дело.
— Надеюсь, что через две недели к тебе придём снова мы. Я бы не только твои пирожки попробовал.
От его похотливого взгляда, у меня руки начинают трястись от страха. Я выдавливаю из себя улыбку.
Нельзя реагировать. Нельзя. Они должны уйти, чтобы я могла спокойно обдумать, что делать дальше. Скажу грубость, затолкают в комнату и поглумятся. С них не убудет.
— Хорошего дня, — говорю им на прощание.
— Покеда.
Парни выходят, и я тут же закрываю дверь на все замки. Тяжело дышу, сползая спиной по стене. В коридоре появляется Миша. Он садится напротив меня.
— Кто это были?
— Бандиты. Папа денег должен. Долг на нас повесили.
— Пиздец.
