Он с трудом окончил среднюю школу, отличаясь в одном только спорте, и целую неделю праздновал с дружками получение аттестата, даже не вспомнив, что у него есть молодая жена и новорожденная дочка, но после мать и бабка определили его мыть посуду в одном из семейных ресторанов, бок о бок с самыми бедными мексиканскими иммигрантами, в большинстве своем нелегалами, чтобы он понял, каково это — зарабатывать на жизнь без образования и специальности. Четырех месяцев такого матриархата хватило, чтобы парень стряхнул с себя лень: проучившись два года в институте, он поступил в Полицейскую академию.
Он родился для того, чтобы носить мундир, грозить оружием и поддерживать порядок; быстро научился дисциплине, был неподкупен, отважен и упрям; своим внушительным видом способен был напугать любого преступника, а его верность товарищам по департаменту могла выдержать любые испытания.
По мобильному телефону он переговорил из машины со своей незаменимой помощницей Петрой Хорр, которая передала ему основные данные относительно жертвы.
Ричард Эштон был известным психиатром, опубликовавшим в девяностые годы две книги: «Сексуальные расстройства в предподростковом возрасте» и «Лечение социопатии у молодежи»; не так давно он участвовал в конференции, где говорил об успешном применении гипноза для лечения аутизма у детей. Конференция со скоростью вируса заполонила Интернет, поскольку совпала с разговорами о том, как настораживающе много стало случаев аутизма за последние годы, а еще потому, что Эштон на конференции произвел демонстрацию своей методики, достойную Свенгали: чтобы заглушить всякие сомнения у публики и доказать, насколько все люди подвержены гипнозу, он попросил присутствующих заложить руки за голову; через минуту две трети сидящих в зале, как ни дергались и ни извивались, не могли расцепить пальцы, пока Эштон не вывел их из гипнотического транса.
Боб, насколько ему помнилось, не слышал даже имени этого человека, тем более ничего не знал о его книгах. Петра Хорр рассказала, что почитатели Эштона считают его светилом в области детской и подростковой психиатрии, а противники окрестили неонацистом, обвиняют в подтасовке фактов, когда это требуется для доказательства его теорий, и в использовании незаконных методов в лечении недееспособных и несовершеннолетних пациентов.
Она добавила, что этот человек часто выступал в прессе и по телевидению, всегда на полемические темы, и послала на телефон видео, чтобы инспектор его посмотрел.
