– Дело в том, что при принятии решения есть не только заказчик и исполнитель, но ещё и третий фактор. Совесть. – Прозвучало пафосно до отвращения, но Песцов предпочёл выглядеть напыщенным идиотом, лишь бы не углубляться. – И ещё меня бабушка учила, что Бог троицу любит…
– Точно, любит, – усмехнулся генерал. – Суеверный ты наш. Три машины, три квартиры, три любовницы… Ну ладно, хватит лирики, перехожу к делу.
«Бабы – ерунда, но вот как они узнали про жильё? – изумился Песцов. – Купленное через посредников по левым документам…»
Да, с системой поди поспорь.
– Итак… – Александр Григорьевич вздохнул и перешёл на официальное «вы», – итак, я считаю вас лучшим специалистом. Наши аналитики моделировали ситуации и пребывают в полном недоумении, как вы всё это делаете. Обычный человек с нормальными рефлексами на такое физически не способен, как его ни тренируй. Попасть из арбалета в быстро движущийся объект или нейтрализовать шесть охранников без намёка на сопротивление с их стороны… Да уж… Это я к тому, Семён Богданович, что есть один терем-теремок, куда надо бы обязательно наведаться в гости.
Без приглашения, как ты понимаешь. И живёт там не мышка-норушка, а группа очень серьёзных товарищей. Которые замочат враз. Только хорошо бы замочить их самих… – Генерал замолк, прокашлялся, глянул на Песцова. – В плане наличности вопросов нет, полная предоплата зеленью.
Его палец вычертил на крышке стола единичку и принялся добавлять к ней нули. Нулей Песцов насчитал шесть.
– Та-а-ак… – протянул он, оценивая реалии. Задумчиво потёр подбородок. – Значит, говорите, терем-теремок и в нем пара грозных организмов. И за всё – шесть нулей. Можно тогда и мне приватный вопрос? Зачем нужен залётный специалист, когда своих полна коробочка? Как-то не верится, чтобы оскудела талантами родная контора…
«Ну чем плоха, например, Нюрка со своим благоверным плюс братец Федя и батя Петр Иваныч? Взяли бы да и двинули всем кагалом, этак по-родственному…»"
"– Да нет, есть ещё порох в пороховницах, – нахмурился генерал.
– Только теремок уж больно… весёлый. Порох там не горит, пластид не взрывается, электроника не работает. Метода выживания одна – рубай-коли. Да и организмы, как ты их назвал, тоже не подарки. У обычного бойца в тех условиях против них нет ни шанса. Его просто прирежут, как слепого кутёнка. Вот так. – Александр Григорьевич был страшно серьёзен. – Вот потому, Семён Богданович, и решено было обратиться к тебе.
