Значит, имеют представление, кто он такой, и им что-то от него надо. Да не этим исполнителям, а тому, к кому везут. Интересно, кто они? «Моссад»? «Аман»? «Кидон»? МИ-5? ЦРУ?.. Да ну, какой «Моссад», с такими-то рожами. Наши это, свои. ФСБ или ГРУ. А если ещё принять во внимание Нюру, страшненькую, как призрак атомного гриба, вывод напрашивается циничный, но закономерный – это Генштаб. Чекисты, они в какой-то мере эстеты…
Нюра между тем свернула в очередной проезд, просочилась мимо контейнера со строительным хламом – и остановилась.
Метрах в десяти впереди громоздилась угловатая глыба обшарпанного, с заляпанными номерами фургона-рефрижератора, прицепленного к тягачу «Скания». Видно, не только в боевиках любят использовать мобильные холодильники для обстряпывания всяких таинственных дел. Вот в боку открылась дверь, выехала лестница наподобие трапа…
Нюра показала Песцову длинненькую коробочку с резиновой ручкой.
– Это, Семён Богданович, импульсный парализатор, – сказала она.
– Бьёт на полста метров, вызывает паралич. Иногда временный, иногда нет, часто с необратимыми последствиями. Так что не играйте в Котовского… Давайте в прицеп.
Как и следовало ожидать, в якобы морозильнике обнаружилось нечто среднее между офисом, казармой и дежурной частью. Контингент был исключительно мужской и очень суровый. Трое ребят в гражданской одежде, но явно с военной выправкой тщательно проверили Песцова на предмет какого-либо оружия, после чего указали ему на стеллаж, оказавшийся замаскированной дверью.
Дверь вела в просторный, без окон кабинет, обставленный без изысков, но капитально: массивный стол, неподъёмный сейф, сдвижные панели на стенах и особо глубокие – фиг поднимешься, тем более вскочишь – кресла. Очень подходящее место и для стратегических совещаний, и для допросов. Звукоизоляция здесь была, надо полагать, на недосягаемом уровне…
Хозяин кабинета был под стать обстановке. В камуфляже без знаков различия, кряжистый, с обветренным, будто вырезанным из дуба лицом.
И лицо это показалось Песцову знакомым. Очень знакомым…"
"– Здравствуйте, капитан, – произнёс кряжистый и указал могучим подбородком на кресло. – Садитесь. Поговорить надо.
Взгляд у него был тяжёлый, оценивающий, испытывающий на прочность. Не взгляд – опасная бритва.
– Здравствуйте, товарищ генерал-полковник, – улыбнулся Песцов и присел – осторожно, на краешек.
