Алиса молчит и рассматривает гостиную, словно только сейчас поняла, где находится. — Ванна там, полотенца чистые. В кухне заправленная кофемашина, в холодильнике еда. Мои футболки в комоде в спальне, — говорю ей, натягивая толстовку. Девочка, не отвечает, и мне только остаётся надеяться, что она меня слышит и не сбежит. — Пожалуйста, дождись меня, — повторяю и выхожу из гостиной.
Обуваюсь, беру ключи от машины, бумажник, оставляю на тумбе второй комплект ключей для Алисы, очень надеясь, что она им не воспользуется, и покидаю квартиру, запирая дверь.
Сбегаю вниз, выбегаю на улицу и глубоко дышу, словно пробежал марафон. Беру в ладони пригоршню снега, умываюсь им и сажусь в машину. Набираю номер Юлианы.
— Ты соскучился? — мурлычет тварь. И я вдыхаю больше воздуха, чтобы не сорваться и не спугнуть ее.
— Очень! Где ты? Хочу тебя видеть.
— Я в Питере, в аэропорту, но через пару часов прилечу, — игриво отвечает девушка. — Хочешь меня встретить?
— Непременно! Не задерживайся!
ГЛАВА 18
Богдан"
"Чтобы не убить эту тварь прямо в аэропорту, я рву в зал.
Нужно как-то скоротать пару часов и не сойти с ума. История серьезная, она цепляет меня гораздо глубже, пробивает душу насквозь. И я уже совсем по-другому смотрю на Алису и на свои поступки. Мне безумно хочется, чтобы она услышала меня и осталась в квартире. Я не вправе ее держать, мне хочется, чтобы она осталась добровольно.
Прохожу в зал, скидываю толстовку и без разминки начинаю колотить грушу. Вокруг меня бегает Жора, что-то тараторит, отчитывает за опоздание и игнор, но я не реагирую.
Мне все равно, я выплескиваю боль и агрессию мощными беспорядочными ударами. Бью ещё и ещё, подключая ноги, до боли в мышцах, до звона в глазах, но не останавливаюсь, пока руки не прекращают слушаться.
Падаю без сил на маты, жадно глотая воздух. Пульс барабанит в ушах, кислород жжет лёгкие, но легче не становится. Буквально слышу, как внутри меня что-то ломается. В зале никого нет, я закрываю глаза, пытаясь прийти в себя, но неожиданно вижу перед глазами маленькую светловолосую девочку.
У нее и правда серые глаза. Она не плачет, но очень грустная и обиженная.
— Твою мать! — соскакиваю с матов, беру полотенце, мочу его холодной водой и обтираюсь, пытаясь остыть. Как проекция нашего ребенка передалась мне от Алисы?! Она просто рассказала, и девочка пришла ко мне…
Надеваю толстовку, хватаю ключи и бегу к машине. До аэропорта доезжаю в полной прострации. Сейчас мне проще обвинить Юлиану и выместить свою боль на нее.
