Дело в том, что у мамы каждые полчаса происходила какая-то катастрофа, но, как правило, она сама могла отличить ситуации вроде «Корова проглотила часы Джуди» от «С потолка льется вода». Я тяжело опустился на край кровати.
– Что случилось?
– Не хочу говорить об этом по телефону.
– Мама, – спросил я, – тебя похитили?
– Нет. Тогда бы я кричала: «На помощь! Меня похитили!»
– Или ты не можешь этого сказать, потому что похитители тебе не разрешают.
Она раздраженно фыркнула.
– Не говори глупостей. Наоборот, похитители потребовали бы от меня рассказать о похищении, иначе какой бы во всем этом был смысл? – Она ненадолго замолчала.
– Лучше бы ты спросил: «А не подменили ли тебя на робота-полицейского из будущего, который хочет меня убить?»
Я удивленно заморгал.
– Так вот что с тобой сделали?
– Нет. Но именно так я бы тебе сказала, если бы меня подменили на робота-полицейского из будущего, который хочет тебя убить.
– Знаешь, я собираюсь на свидание. С одним парнем.
– Я рада за тебя, но дело срочное.
– Мама, – твердо сказал я, – это странно. Что все-таки случилось?
Последовала пауза, и параноик во мне мысленно уже был готов просить у воображаемых похитителей дальнейшие инструкции.
– Люк, послушай меня. Это совсем не так, как раньше, когда я могла попросить тебя срочно приехать, потому что моей жизни угрожает опасность, хотя на самом деле просто нужно было поменять батарейку в датчике дыма. Впрочем, я действительно могла погибнуть. Я уже старая, и к тому же – француженка. Я постоянно засыпаю с зажженной сигаретой.
И потом, он издавал такие противные звуки. Прямо как в Гуантанамо.
– И как там было в Гуант… а, забей.
– Пожалуйста, приезжай. Ты уж извини меня, но придется тебе поверить мне на слово.
Ну вот и все. Как ни крути, мама была для меня важнее всех остальных.
– Я постараюсь побыстрее.
Я знал, что по-хорошему, мне стоило позвонить Оливеру и постараться все объяснить. Но я понятия не имел, как и что я ему скажу. «Привет, у меня очень близкие отношения с матерью, которые со стороны могут показаться странными и даже нездоровыми, поэтому я вынужден отменить наше с тобой свидание, на которое буквально напросился»? Но, увы, я был трусом, поэтому написал просто: «Не смогу прийти.
Не могу объяснить почему. Прости. Хорошего бранча!»
Затем я быстро сменил свой прикид с «я иду на свидание и пытаюсь спасти свою репутацию» на «я готов к чему угодно: от смерти кого-то из родственников до прорыва канализации» и отправился на вокзал.
