Надежда же, глядя на него, ощутила большое и сильное чувство злорадства.
– Ну и как ты это объяснишь? – осведомился Гвоздь, уставившись на метрдотеля пронзительным взглядом.
– Гвоздь, я понятия не имею, откуда это здесь, – лепетал Артур плохо слушающимися губами. – Клянусь тебе, это не я… ты же знаешь, как я отношусь к дури после того случая.
– Знаю, – процедил Гвоздь, не сводя с него неприязненного взгляда, – после того что случилось с твоим сыном, ты наркотой заниматься не станешь. Поэтому я тебя и взял на работу.
Поэтому я тебя и сейчас не трону. Живи, так и быть. Но ты распустил персонал, у тебя под носом занимаются черт знает чем, и ты даже не знаешь, кто в этом виноват! Что же прикажешь с тобой делать?
Артур Гаврилович молчал, опустив глаза.
– Выкинуть тебя к чертовой матери на улицу, а вместо тебя взять вот эту женщину. – И он повернулся к Надежде: – Кстати, разрешите представиться, а то я как-то отвлекся… Гвоздь! – И он протянул ей широкую, сильную ладонь."
"– Надежда Николаевна… – машинально ответила Надежда, – а что это вы кличкой представляетесь? У вас что, имени нет?
– Почему кличкой? – ответил тот, пожевав губами.
– Гвоздь – это моя фамилия, а зовут Виктором Петровичем… не верите? – И он протянул Надежде визитку с золотым обрезом.
– Гвоздь Виктор Петрович, многопрофильный инвестор, – прочитала она на картонке. – Не могу сказать, что мне очень приятно. Обстоятельства нашего знакомства оставляют желать лучшего, но тем не менее будем знакомы.
– Так что, пойдете ко мне работать? – спросил Гвоздь, изучая взглядом ее лицо.
– Я думала, вы пошутили, – удивленно проговорила Надежда.
– Я никогда не шучу, особенно в кадровых вопросах. Как сказал один эффективный менеджер, кадры решают все. У вас голова на месте, хватка есть и решительность – это все, что нужно.
– Ну знаете, Виктор Петрович… – Надежда была явно смущена, – это как-то неожиданно… Я должна подумать… И вообще я не знаю, как к этому отнесется мой муж.
– Ну, конечно, подумайте, – милостиво разрешил Гвоздь.
– Только не очень долго. Ресторан должен работать, а без твердой руки это невозможно. Кстати, вы мне еще не сказали: кто спрятал здесь этот пакет? Вы же его видели?
– К сожалению, только слышала их голоса. Их было двое – мужчина и женщина.
– Вот как? – Гвоздь взглянул на бывшего метрдотеля. – Ну, тебя спрашивать бесполезно, ты вообще не знаешь, что у тебя под носом творится.
– Гвоздь, честное слово, – бормотал Артур.
