Откуда мне знать, ведь я так плохо помню тот вечер — события крутятся перед глазами, словно серия фотографий со вспышкой.
Я помню, как читала имейл от Нэлл — она предложила сходить куда-нибудь на пару часов без детей.
Я помню, как подумала: нет, я точно никуда не пойду. А потом я все время перечитывала ее письмо и задумалась. Нэлл настаивала: «Приходите все, а главное — Уинни. Ответ „нет“ не принимается».
И я быстро решилась: ладно. Пусть будет ответ «да»! И вообще, почему бы и нет? Я не меньше других заслужила право куда-нибудь сходить.
Я заслужила право повеселиться. Почему я вечно должна сидеть дома и сходить с ума из-за ребенка, ведь все остальные матери в мире, кажется, спокойно куда-то ходят, справляют праздники, могут себе позволить пару коктейлей. У них как-то само собой получается управляться с этой новой жизнью. Они такие спокойные. Такие уверенные в себе. Такие, сука, совершенные.
Почему бы не попробовать стать, как они.
Я оделась. Это я помню. Помню, как выбрала платье, которое охватывало талию, словно чьи-то сильные руки.
Помню, как пришла в бар и увидела их: усталые глаза подведены карандашом, на мешках под глазами слишком много консилера, на губах блестит помада, которой они уже много месяцев не пользовались.
«Мятежный вопль». Помню, как мы вместе подпевали, танцевали, я была одной из них, частью их эксклюзивного клуба. Я помню, как вдруг почувствовала, что мне плохо, что мне срочно нужно уйти оттуда. Но тут, откуда ни возьмись, появился тот парень. Он предложил купить мне коктейль, у него были синие, как море, глаза, пухлые губы.
Из-за таких как он я попадала в неприятности всю свою долбаную жизнь.
Я плохо помню, что было дальше.
Иногда, когда я закрываю глаза и пытаюсь заснуть, я вспоминаю, как шла по парку, держась в тени. Я молилась: «Господи, верни мне моего Джошуа. Я все что угодно сделаю».
— У вас все хорошо?
Я села на скамейку, напротив меня стоял мужчина, у его ног была собака. Лица не я не видела, потому что за ним ярко светил фонарь.
Я так и не знаю, правда ли он там стоял, или это опять была галлюцинация.
«Почему он оставил меня? — хотелось мне крикнуть тому мужчине. — Я этого не заслужила, я ведь столько для него сделала».
— Да, все нормально, — сказала я мужчине с собакой, когда он сел на скамейку, прижавшись ко мне бедром и положив руку на скамейку за моей спиной. — Спасибо. Мне просто нужно кое с кем поговорить.
Больше мне ничего не хотелось. Правда. Только поговорить с Джошуа.
