«Как здорово, что ты спросила, я как раз знаю рецепт, — написала вчера Скарлет в ответ на ее крик о помощи. — Во-первых, НИКАКОГО кофеина. А второе — каждое утро клади в лифчик нарезанный экологически чистый картофель. Понимаю, звучит странно, но должно сразу помочь».
Фрэнси уже пять часов носила в лифчике картошку, однако грудь все равно горела. Она корила себя за то, все-таки купила обычную картошку, просто чтобы сэкономить три доллара. Нужно было не скупиться и в точности следовать советам Скарлет.
Наверное, поэтому и не помогало.
Двери лифта открылись, они подошли к квартире 3А, и Колетт открыла дверь еще до того, как они успели постучать. При виде Колетт Фрэнси покраснела: та была без футболки, в розовом кружевном лифчике, сквозь который просвечивала грудь, руки и живот ее были покрыты веснушками цвета корицы.
— Извините, — сказала Колетт. Она собрала волосы в хвост, демонстрируя черные точки подмышками. — Она срыгнула на мою последнюю чистую футболку.
— Она провела их в гостиную. — Я утром сложила одежду, понесла в шкаф, и тут Чарли мне сказал, что это все грязное. Я сложила в стопки две корзины грязного белья. Я страшно взбесилась.
— Ничего себе, — сказала Фрэнси, но она была так восхищена квартирой Колетт, что даже не слышала, что та ответила. Не считая дома Уинни, она еще никогда не бывала в таком роскошном нью-йоркском жилище. Блестящий деревянный пол. Гостиная такая большая, что в ней помещалось два дивана и два кресла.
У большого панорамного окна — обеденный стол человек на десять. Одна эта гостиная была больше, чем вся квартира Фрэнси. У нее было так тесно, что они даже не могли никого пригласить на ужин, а детскую одежду приходилось держать в пластиковых контейнерах в углу их единственной спальни. Ей приходилось кормить ребенка в гостиной, на виду у обитателей шикарных квартир в доме, который недавно построили напротив. Лоуэл все время уговаривал ее переехать в квартиру побольше, но подальше от центра.
В Бруклине или в даже в Куинсе. Но Фрэнси и слышать об этом не желала, ведь в их районе были прекрасные детские сады и школы. Ради хорошего образования для ребенка им нужно было смириться с тем, что есть.
— Как все прошло? — спросила Колетт у Нэлл.
Нэлл плюхнулась на диван:
— Просто ужасно.
Накануне она написала им, что уволила Альму и собирается впервые оставить Беатрис в яслях «Счастливый малыш» на несколько часов.
