Что ж, игра на опережение, синеглазка…
Звук открывающегося замка и скрип железной двери привлекают мое внимание, прежде чем в камеру проникает тусклый свет.
[1] Мерседес — название таблетки наркотика экстази, происходящее из-за вытисненного на ней знака как на автомобилях «Мерседес».
19
— Белобрысый, давай на выход, к тебе посетители. — Ублюдок в форме сплевывает на пол, пока я поднимаюсь с койки и лениво двигаюсь в его сторону.
— Руки за спину, и без шуточек, сутенер хренов, — усмехается, показывая гнилые зубы.
Блядь, если даже надзиратели здесь ублюдки, то что уж говорить про тех, кто сидит...
Меня толкают в спину, и я влетаю в хорошо освещенное помещение с белоснежными стенами. С непривычки свет режет глаза. Я раздраженно тру их тыльной стороной ладони, а проморгавшись, вижу отчима. Его тяжелый взгляд не предвещает ничего хорошего.
— Оставьте нас, — сухо просит Раймон, и надзиратель выходит за дверь, напоследок окинув нас пристальным взором.
Отчим садится и жестом указывает мне на стул. Мне остается только подчиниться.
— И что? Какие новости? — Я нервно дергаю ногой, а пальцы рук сплетаю в замок, пересчитывая костяшки. Раймон протягивает мне пачку. — Не молчи, блядь! — рявкаю, вырывая сигарету. — Прикурить дай.
Молчание отчима накаляет мои эмоции до предела. Он пускает по столу зажигалку, я ловлю ее и, взяв в трясущиеся руки, резким движением открываю крышку, а потом подношу огонь к зажатой в зубах сигарете, жадно затягиваясь едким дымом.
— Ублюдки захотели меня подставить и скинуть со счетов. Представь себе, все близкие, все, кого я считал своими людьми. Пес и Язь заодно с ебучим Картером. — Раймон запускает пальцы в волосы и протяжно вздыхает. — Картер хорошо постарался. Из-за слепой веры в дружбу я не замечал очевидных вещей, которые он проворачивал у меня под носом. Этот мудак даже подсунул в клуб пару купленных девиц, которые дали показания и подтвердили, что их насильно отдали в сексуальное рабство, поставив на шею клеймо с названием клуба.
— Он переводит опустошенный взгляд на меня. — Не знаю зачем, но то, что Кейси полностью вычеркнула мое имя из документов, нам на руку.
— И чем же? Тем, что гнить буду я один?! — Я настолько взбешен, что у меня мелко дрожат конечности. Делаю глубокую затяжку и выбрасываю окурок на пол.
