Я прохожу мимо зефирных девочек, которые верят в принца на белом коне и воздушные замки. Наверное, и на эту бы не повелся, если бы не захотел подгадить ее брату. Хотя стоит признаться, что я изначально неадекватно на нее отреагировал. Несвойственно для себя. На такую невзрачную мышку раньше и не посмотрел бы, даже если бы она год маячила перед моим носом. Сквозь призму напускной гордыни я бы ее не заметил. Но как говорится, жизнь поправляет осанку даже самым гордым людям. Вообще, меня в самый первый день взбесило, что она подвигла меня на благородство, если это можно так назвать.
Гребаное пальто. Шел бы себе и шел, но нет же, решил совершить поступок, над которым раньше бы посмеялся. До сих пор оглядываюсь назад, и меня эхом тянет в прошлое, но, увы, эти полтора года безвозвратно изменили мою жизнь. Но я реабилитировался в собственных глазах, когда трахнул ее по принуждению. Хотя какое это насилие? Ей явно понравилось, а уж такое я распознаю даже с закрытыми глазами. Это вожделение увеличивает во мне жажду довести дело до конца.
Я обязательно воплощу в реальность сон, который она упомянула в переписке с подругой. Ох уж эти правильные девочки! Со стороны такие скромницы, а в фантазиях порой могут быть извращенней прожженных шлюх. Ну что ж, моя задача вытащить на свет все тайные желания девчонки.
Она любезно приняла мое приглашение в ад, когда облила меня водой. Была бы умнее, послала бы сразу. А сегодня я приму предложение, которое она произнесла с таким искренним желанием, что я невольно залип на ее улыбке.
Кажется, она стала анальгетиком для моей больной души. Набираю сообщение и отправляю своему большеглазому пастырю. Мой первый шаг к искуплению.
— Масон, — растираю лицо ладонями, чтобы вырваться из собственных мыслей, — думаешь, у меня могут получиться нормальные отношения? Ну, типа одна-единственная, свадьба там, семья... вся эта хуйня в общем.
Друг давится дымом и, оклемавшись, с минуту смотрит на меня охуевшим взглядом, а потом протягивает руку, пытаясь потрогать мне лоб.
— Да пошел ты, — отталкиваю его.
— Ворон, на тебя плохо действует домашний арест, выходи чаще покурить.
Испускаю протяжной вздох.
— Вот и я том же...
— Завтра новый бар открывается в радиусе твоего поводка, может, сгоняем?
— Да, мне не помешает надраться в дрова.
— С возвращением, мой дорогой друг, — протягивает пятерню Масон и я с ленивой улыбкой пожимаю ее.
