За последние два года мой муж превратился в чудовище, которое уничтожило все мои к нему чувства. Сегодня была последняя капля, больше ему нет места в моем сердце. И есть ли оно у меня, это сердце? Подставила молодого парня, который, по сути, является жертвой двух взрослых мужчин, втянувших его в свои грязные дела. И теперь гнить ему за решеткой.
Я убрала из документов имя Раймона, переписала весь клубный бизнес, прикрывающий преступную деятельность, на его приемного сына. Естественно моего имени там тоже больше нет.
Я очень сблизилась с Эстер, и она во многом меня поддерживала. У меня никогда не было подруг, но она ей стала. Я хотела напоследок хоть как-то загладить вину перед ней и из двух зол выбрала спасти Раймона. Ведь если бы загребли обоих, как и хотел Картер, им никто бы уже не помог. А зная связи Рамо, внутри меня живет слабая надежда на то, что он все исправит.
Кто я? Я — фальсификатор. Моя профессия — за хорошие деньги разрушать судьбы. Однажды я угодила в беду, мне потребовались деньги и немалые.
Я подделала документы на важных людей, и меня вычислили. Пришлось пообещать выплатить им любую сумму. Только вот, выплатив долг одним бандитам, я угодила в руки к другим. Спасением своей жизни я обязана Картеру. А теперь мой долг перед ним погашен. Я улетаю в другую жизнь, всем сердцем желая стереть из памяти грязное прошлое! Под новым именем — Миранда Джонсон — я забуду все, что было.
Надеваю парик с подстриженными под каре черными волосами и выхожу из такси.
Мне пришлось прятаться под маской суки, иначе я бы не выжила. И в какой-то момент эта маска буквально приросла к моей коже.
Под эти мысли я не замечаю, как уже открываю карточкой дверь в свой номер.
— Лана, прости, я задержалась. — Снимаю пальто и сбрасываю туфли, но ответа так и не дожидаюсь. — Лана? У вас все нормально?
Следующая картина просто убивает меня. Я закрываю рот, чтобы сдержать крик. Слезы неконтролируемо текут из глаз. Впиваюсь ногтями в волосы и, чтобы не упасть, впечатываюсь спиной в стену, медленно сползая вниз и надрывно рыдая.
Тело няни подвешено за ноги и прикреплено к люстре. Она изувечена до неузнаваемости. Кровь стекает по тонким ручкам, медленно капая на ковер. Все как в замедленном кино, вокруг отрывками смазанные картины, а мне не удается держаться прямо... Падаю на колени и утыкаюсь лицом в пол, скребя ногтями грубый палас. Вновь бросаю взгляд на бездыханное тело и замечаю скомканную бумагу у нее во рту.
