— Ты с ума сошла! — воскликнул Гриша, и потом добавил тихо и зло. — Не можешь держать себя в руках, уйди отсюда.
— И что дальше, не пойдешь на работу и будешь с ней сидеть? — выплюнула Яра, чувствуя как на глазах выступили слезы. В последнее время она много плакала. — Я просто пытаюсь ее накормить! А ты только высказываешь претензии вместо того, чтобы помочь! Сам-то хоть раз пробовал это сделать?
— Прекрати молоть чушь! Майюшка, не плачь, иди ко мне.
Он попытался взять дочь на руки, но та хотела к маме, и лишь закричала пуще прежнего, и принялась вырываться.
Яра протянула руки, но Гриша встал между ними.
— Боги, Гриша, отдай!
— Нет! Сначала научись себя вести. Стопки книг по психологии, а пользы ноль.
Книги… Во время беременности она и правда прочла о детях и воспитании едва ли не все, что нашла. Теперь ей часто хотелось собрать их все и сжечь.
Майя продолжала надрываться.
— Гриша, отдай, она же плачет!
Григорий сдался. Майя рванулась к ней, прижалась и затихла.
И в этот момент пиликнул сотовый.
Яра замерла.
— Ты опять! — не выдержал Гриша и снова перешел на крик. — Я же просил тебя! Ты понимаешь, что однажды не уследишь за ней, и что-нибудь случится? Или тебе плевать?
— Гриш…
— Яра, я серьезно. Я заберу у тебя телефон.
Что?
— Все, вечером поговорим, я опаздываю уже. Следи за ней нормально!
Яра сильнее прижала дочь к груди. Следи… Она и правда пару раз не доглядела. Ничего страшного не случилось. Гриша не знал. Но совесть грызла. Ведь могло случиться. Но там в телефоне была другая жизнь.
Там она общалась со взрослыми адекватными людьми на адекватные взрослые темы, там не было пеленок и подгузников, криков и ссор. Там её воспринимали как специалиста, а не как приложение к ребёнку. Там она успешно делала вид, что у нее все хорошо, и там ей порой казалось, что так и есть.
Несколько месяцев назад Яра поняла, что декрет сводит ее с ума. Все, что она делала целыми днями — это следила за ребенком, обслуживала ребенка и, не отходя от дочери, выполняла тысячу дел по дому.
И все это в состоянии постоянной нехватки сна: по ночам Майя спала раз через раз.
— Но ты же можешь поспать днем, — говорил Гриша, когда она спрашивала, почему он никогда не встает к Майе ночью. — А я вообще-то работаю.
Она отчаялась объяснить, что если поспит днем, они останутся без обеда и ужина в квартире, больше напоминающей место побоища, нежели жилое помещение."
"Яра чувствовала себя уставшей уже в тот момент, когда с утра открывала глаза.
