Тогда и устроим в ауле свистопляску. Да, еще вот что. У начальника полиции новый внедорожник «Ниссан», у зама «Нива». Надо будет забрать их. Это на тебе, Толя. – Ханидзе посмотрел на Грунова.
Тот кивнул:
– Я понял. Сделаем.
– Перемещаться быстро, но аккуратно, держась темной стороны, вдоль арыка. Выходить на позиции с параллельной улицы проулком, размещаться так, чтобы не видели менты из отделения. Их там трое. Все, вперед, бойцы!
Отправив группу Грунова, Ханидзе приказал Зайченко:
– Заводи ментовскую тачку! – Он обернулся к Липаеву и Тунаеву, стоявшим у поста: – Замерзли, что ли?
– Прямо сейчас идти? – спросил Селим.
– Нет, после обеда! Работайте, идиоты.
– Вот только оскорблять, Миша, не надо. Ты знаешь, что за это у нас бывает.
– Вас невозможно оскорбить. Работайте, я сказал!
Сотовый главаря провибрировал сигналом вызова.
– Да?! – ответил Ханидзе.
– Это Карасик. Мы в проулке, за один участок до площади.
– Как там?
– Да все тихо.
– На «девятке»?
– Да, лучше ничего не было.
– По дороге встретили кого-нибудь?
– Нет, все еще спят, но скоро начнут подниматься.
В селениях встают рано.
– Заходите в тыл ментовки. К клубу выйдет группа Грунова. Подъеду я со Степаном. Тогда и начнем.
– Понял.
Ханидзе отключил телефон, сел на место переднего пассажира полицейской старой «шестерки».
Зайченко спросил:
– Может, пока мы еще тут, телефонные провода оборвем?
Главарь взглянул на него:
– Для чего?
– Чтобы никто позвонить не мог в район.
– Ты в каком веке живешь, Степан? Я что использую для переговоров?
– Ага! – Зайченко, как в старом кинофильме, ударил себя по лбу.
– Сотовые телефоны!.. Прогресс, мать его.
– У тебя же самого мобила.
– Да я не подумал о ней.
– Думать надо всегда. Давай не спеша к площади.
– Понял.
«Шестерка» объехала Липаева и Тунаева, спешивших к домам, стоявшим на тихой улице. Красные фонари медленно удалялись.
Боевики прошли мост через арык, шагнули к забору. За кустами виднелся дом, явно не самый богатый.
– Зайдем! – Липаев сбросил автомат с плеча, снял с предохранителя, установил на одиночную стрельбу.
Тунаев толкнул ногой калитку. Та бесшумно отворилась.
– Гляди, Селим, дверь в дом приоткрыта. С чего бы?
– Стой. Где сортир?
– Вон слева. В нем тусклый свет.
– Кто-то захотел по нужде. А ну за угол, быстро!
Бандиты укрылись. Долго ждать им не пришлось.
Из уличного туалета вышел молодой мужчина. Он был в одних трусах, на ногах калоши. Освещая тропинку тусклым лучом фонарика, он, зевая, пошел к дому.
