Наконец его ведьма повернула голову и жестом пригласила войти.
– Ребенку скоро понадобится одежда, – произнесла она срывающимся голосом. Ее лоб покрывала испарина, и Лира задерживала дыхание и замолкала на секунду-вторую, а потом продолжала говорить: – Иди прямо сейчас. Купи все, что нужно, – она кивком головы указала на лист бумаги и вновь ее дыхание сбилось, а к лицу прилила кровь. – Поторопись. Не бойся, фамильяр мне поможет, – говорила она. – Защитит и добудет сил, если понадобится. Да и что может произойти за час? – спросила она с вымученной улыбкой.
И оборотень повиновался, с тревогой в сердце оставляя свою пару. Он еще никогда в жизни так не спешил. Все его мысли были сосредоточены вокруг ведьмы и потомства. С часу на час крохотный волчонок, биение сердца которого он слушал последние месяцы, появится на свет, и он наконец возьмет его в руки.
Мечта оборотня сбылась, но немного не так, как он предполагал. К его возвращению в спальне изменилось многое.
Спальня оказалась пуста. Ведьмы не было, она исчезла, словно ее никогда и не было в жизни Эрила.
Ни книг, ни одежды, ни многочисленных терпко пахнущих мешочков с травами, ни колб и котелков – ничего.
Лишь небрежно завернутый в кусок белоснежной простыни крохотный кряхтящей комочек в центре кровати, который недовольно сучил ручками и ножками, кривил красное личико, требуя тепла и заботы. И рядом короткая записка. «Это твой сын, – говорилось в ней. – «Я не давала ему имени. Прощай, волк».
Эпилог 2. Адам
Полтора года спустя
***
Ничего не может быть лучше, чем знать, что тебя ждут дома.
Я это понял, когда мы с Лерой наконец перевезли все вещи из обоих домов в новый и впервые там ночевали. И каждый последующий день я возвращался не в пустое холодное помещение, как раньше, а к своей семье.
Волчонок рос не по дням, а по часам. Не знаю, как Артем понимал, что именно я еду по улице, но, когда я парковался у дома, его улыбающаяся мордашка, прижавшись носом к стеклу двери, с нетерпением меня ждала.
И я расплывался в ответной улыбке, забывая об усталости или проблемах, скопившихся за день, что не давали до этого момента расслабиться.
Говорить волчонок пока наотрез отказывался, но это никак не мешало ему объясняться и добиваться желаемого.
Переступив порог дома, я подхватил сына на руки."
"– Ну привет, волк. Чем занимался? Играл? – Я вошел в гостиную и чуть не ругнулся. Пол был покрыт слоем игрушечных автомобилей. Их тут было сотни две, не меньше.
