Лучше всего было бы выкинуть или сжечь, но там оставались свободные места на листах, а разбрасываться бумагой я не могла себе позволить. Потому просто засунула под платье.
* * *Проснулась я в тепле, потому что лежала, прижатая к горячему телу арманца. Он открыл глаза, когда я пошевелилась, разжал руки, сжимающие меня. И сразу отодвинулся.
– Вставай, нужно к полудню пересечь ущелье, – проговорил он, поднимаясь.
– Куда мы идем? – хрипло со сна спросила я.
– В сторону Черной долины. Оттуда уже можно будет перенестись в Ранххар, – он нахмурился своим мыслям, и я обеспокоилась.
– Здесь много хищников? Драконы?
– Хищников много, но меня беспокоят не они, – качнул головой арманец. – В долине найдем что-нибудь на завтрак.
Я провела рукой по спутанным волосам, переступила с ноги на ногу. И все же задала тот самый вопрос:
– Почему ты пришел за мной? Я уже поняла, что из этой долины нельзя уйти в портал. Видимо, контуры силы здесь открыты… И здесь цветок, который для тебя смертелен. Почему… почему ты пришел за мной, Линтар?
Он проверял на ремешках оружие и на меня не смотрел.
Даже головы не поднял. И я подумала, что уже не ответит. Поэтому удивилась, услышав спокойный голос:
– Я хочу сберечь твою жизнь, Ева.
И стал собирать вещи, так и не посмотрев на меня. Я пожала плечами, захватила бурдюк и вышла на площадку, потянулась довольно. Солнце только-только окрасило скалы, позолотило горизонт. Драконов видно не было, и ущелье в лучах зари выглядело удивительно мирно. Я попила воды, щурясь, как кошка.
Шаги за спиной, как всегда, не услышала и вздрогнула, когда руки арманца скользнули по моему телу, прижимая к нему.
– Ева, прежде чем мы спустимся, я задам тебе вопрос, а ты ответишь, – негромко сказал, разворачивая меня к себе. – И ответишь правду. Поняла меня?
Я запрокинула голову, глядя в его лицо. Спокойное, только губы сжаты, и в глазах дрожит огонь. Значит, злится… От того, какой вопрос он может задать, стало страшно, и я сжалась, готовясь врать. Неужели догадался? Понял, кто я? Но как?
– Чего тебе? – буркнула я, стараясь не показать, что испугалась.
Арманец приподнял мою голову за подбородок, не позволяя отвернуться.
– Что было у тебя ночью с Хромом? – так же негромко спросил он.
Я облизала пересохшие губы, раздумывая, что ответить. Соврать ничего уже не могу, ведь сама создала воспоминания того красноглазого… И признаться, что они – подделка, тоже невозможно…
– Он меня… целовал, – осторожно сказала я, пытаясь отодвинуться.
