Моё тело зудит от желания прижаться к нему, обнять, провести руками по спине и вдохнуть его запах. Я соскучилась до умопомрачения, я больше не могу без него. Но его холодный взгляд не позволяет мне утолить эту жажду.
– Зачем ты пришла? – наконец звучит вопрос.
Мы стоим в дверях, и я замечаю бокал с алкоголем только сейчас, когда он подносит его к губам и делает небольшой глоток янтарной жидкости, не сводя с меня глаз. А я пожираю глазами, я так голодна по нему, что мне необходимо на него смотреть, иначе, кажется, я умру от истощения.
– Ты сказал, найти тебя, если я захочу развлечься.
Произношу эти слова, потому что они были единственной зацепкой за него. Я предлагаю ему себя, прямо здесь, у дверей его номера, потому что у меня больше ничего нет. Стою, не зная, нужна ли ему эта плата. Он молчит слишком долго, будто размышляет. Брать – не брать.
Клим, ничего не отвечая, поворачивается ко мне спиной, и я слышу его слова, обращённые к гостям:
– Вечеринка закончилась. Выметайтесь.
Раздаётся недовольный шум голосов, но парни и девушки, ворча, подчиняются и выходят нестройным шагом из номера, с интересом разглядывая меня со всех сторон. Мне неловко, я пытаюсь сторониться их, пока последний не покидает пентхаус.
Клим молча показывает, чтобы я проходила. Когда дверь за моей спиной закрывается, я оказываюсь в западне его рук, прижимаясь спиной к двери. Он изучает меня с высоты своего роста все тем же пустым взглядом. И в этом взгляде тьма и бездна, я тону в ней, захлёбываясь, задыхаясь в глубоком омуте, погибая, не в силах выбраться.
Он затягивает на самое дно своей темноты, и я хочу там остаться, поселиться навсегда, свернуться клубочком и жить в глубине его зрачков.
– Ну бери то, за чем пришла.
Я вздрагиваю от звука его голоса, совсем не понимая, что от меня требуется. Чувствую исходящий от него запах сигарет, крепкого алкоголя, а меня всё равно ведёт и пьянит он.
До меня доходит, что он не будет мне помогать, и сама тянусь к его брюкам, пытаясь расслабить пряжку ремня, мои пальцы дрожат, и у меня ничего не получается.
Я поднимаю на него растерянный взгляд, не зная, как себя вести с этим айсбергом. Мне хочется, чтобы он меня обнял, но я чувствую, как сильно он желает обратного, как жаждет меня наказать.
– Ты можешь начать со своей одежды, – насмешливо напоминает он, отходя от меня, и лениво разваливается в кресле, в котором не так давно, должно быть, сидел с другой девушкой.
