Большой раздвижной шкаф громоздко возвышался в центре. Новая кухня, которой явно никогда не пользовались по назначению, предпочитая готовую еду. Стола не было, только барная стойка с высокими стульями. Роман явно не заморачивался уютом.
К слову, ванная была на высшем уровне — джакузи, отдельно душевая кабина со стеклянными дверцами.
— Зачем? Пожалеть меня хочешь? — он с силой затушил сигарету и зло посмотрел на меня.
— Нет, — спокойно ответила я, зная какую боль иногда могут причинять воспоминания. Рома всегда был закрытым, сколько бы раз мама не пыталась с ним поговорить о прошлом, он всегда закрывался и уходил.
— Видела кто ее сбил? — сменил тему Рома.
— Зеленая спортивная тачка. Номера я рассмотреть не успела.
— Зеленая, говоришь, — сжал зубы Роман, поднимаясь. Молча прошел к кровати, натянул джинсы, футболку и потопал в прихожую.
— Подожди меня, — попросила я, подскакивая с места.
— Здесь будь, — коротко бросил Рома, надевая кроссовки и оглядываясь в поисках ключей.
— Ром, меня бабушка ждет, — возмутилась я.
— Позвоню бабушке и скажу, что ты у меня погостишь, — нашел ключи и вылетел из квартиры, не дав ответить.
Я грязно выругалась, костеря Романа на чем свет стоит и, одновременно, переживая. Он явно знал хозяина зеленой машины и вполне себе мог наломать дров. Нашла свой мобильный и попыталась дозвониться до Ромы, но он не ответил. Нажала дозвон и около получаса пялилась в экран телефона, но тщетно. Рома предпочел мне не отвечать. Психанула и нервно закурила, а когда зазвонил мобильный подпрыгнула от неожиданности.
Я дернулась, но на экране высветилось «Никита» и это было как ушат ледяной воды.
Чувство вины вернулось с удвоенной силой. Мне казалось, что как только Никита услышит мой голос, то сразу все поймет. Сама не заметила, как по щекам покатились слезы. Ну почему все так? Почему со мной? Неужели я не достойна простой и спокойной жизни? Сама виновата, ведь не смогла остановить, оттолкнуть. Сама упала в объятия того, кого следовало обходить десятой дорогой, ничего хорошего он мне точно не принесет.
И кроме себя винить некого.
Телефон замолчал, и я выдохнула с облегчением. Переоделась в свое платье и уселась прямо на пол, прижав колени к груди и не сдерживая рыданий. Никита звонил еще три раза, а я позорно трусила ответить. Наконец, телефон разрядился и отключился, а я вздохнула с облегчением.
Не знаю сколько прошло времени, когда вернулся Рома. На улице стало совсем темно и комнату освещала только полная луна.
