— Всё-таки зал не настолько исследован, могут возникнуть непредвиденные обстоятельства. А с нами первогодки и выпускники.
— Гидеон, сделай так, как я сказал, — холодно проговорил магистр. — Рамино за старшего, прошу меня не беспокоить. Мне нужно многое обдумать. Аурия … спасибо тебе за поддержку.
Последние слова он проговорил так тихо, чтобы их услышала только я. Еле ощутимо сжал мою ладонь и оставил меня в компании альбиноса.
— Что произошло? — Гидеон подошёл ко мне, удивлённо наблюдая, как магистр раздаёт указания остальным участникам экспедиции.
— Я…э-э-э, я не уверена, что могу… — я запнулась, беспомощно взглянув на него. — Я пойду, помогу установить лагерь. Пускай тебе Данте сам всё расскажет. Или вот, — я махнула рукой на всё ещё искрящиеся надписи под рисунком люмена и вампира, — почитай, может, и без моих ответов поймёшь.
Боясь, что Гидеон начнёт допытываться, что же так сильно расстроило магистра, я рванула к друзьям. Хотелось нагрузить себя работой так, чтобы тревожные мысли, крутящиеся в голове и тянущие из меня все силы, наконец-то затихли где-то на периферии сознания.
Я уже просто устала от количества событий, сваливающихся на меня.
— Первогодки, — Рамино, приняв командование, взялся раздавать задания. — Установите три подсобные палатки вон на тех платформах, их уже укрепили. Остальные — за мной.
— Вот вечно самое интересное мимо нас, — обиженно поджал губы Ник.
Мне же говорить не хотелось, я схватила полевой кейс со всем необходимым и двинулась к самой дальней из обозначенных площадок.
На предложение ведьмака работать вместе постаралась как можно тактичнее отказать. В конце концов, ни он, ни Сиб не виноваты в том, что мне сейчас не до разговоров.
Оборудование у экспедиции было не самого лучшего качества и далеко не такое современное, как у Ордена — большую часть операций при установке временного склада пришлось проводить вручную. Но я этому была даже рада. Монотонные действия, физический труд — своего рода медитация, что помогла мне успокоиться. Мне определённо надо ещё раз поговорить с Данте, а то он может вновь начать играть в благородного рыцаря из сказок и откажется от моей помощи.
Мою довольную улыбку от выполненной работы и придуманного плана исказила волна боли. В моё сознание будто вонзили множество раскаленных иголок, отчего я вскрикнула и осела на колени.
— Аурия Лаэрти, — раздалось орденское многоголосье в моей голове. — Совет требует отчёта. Выполнено ли наше задание?
Я схватилась за голову, пытаясь унять боль.
