А я… Как подумала, что мне всё надо будет… Начистоту… От начала и до конца… Заново все пережить… А у меня сил нет на это… И я ушла. Не позвонила. Струсила. Плакала. Гуляла… Долго гуляла… Сюда добрела. Представляешь? Сама не знаю, как… Ноги принесли. Ты дома был — окна горели. И я подумала… Может подняться? Ты добрый. Ты пустишь… А потом… А зачем? Чтобы плакать? Я же ни на что больше не способна, получается… И тут струсила. И тут ушла. Вернулась домой, заснула… И я каждый раз, как засыпала, просила у кого-то… Не знаю… У Боженьки может… Чтобы утром легче стало.
Но то ли просила не так, то ли не у того, то ли это просто я должна была сама… Без помощи… Но снова становилось хуже. Я долго думала, почему… Почему я не могу, как все. Отмахнуться просто. Свыкнуться. Наверняка же таких историй много. Наверняка же я — не первая. И не последняя. Много нелюбимых детей. Много жестоких людей. Кем-то действительно торгуют, как товаром. Долги отдают. Много куда более сложных ситуаций. Люди из таких передряг выходят оптимистами, а я… Руки-ноги есть.
Замуж позвали. Бабушка здорова. Живи, да радуйся. А я не могу радоваться… Я даже жить толком не могу… Мне больно просто… Я чувствуя себя порченной, испачканной вещью… Потрепанной какой-то тряпкой…
И снова череда сухих всхлипов, которые Аня тушит, сглатывая, глядя перед собой. Успокаивается быстро, потому что дальше голос звучит куда спокойней.
— Ещё я любила гулять там, где дети… В парках, на площадках… Мне легче становилось, когда я на них смотрела.
Просто смотрела. Они… Они тоже, как взрослые, ругаются, обижаются, поделить что-то не могут. Но они такие искренние… Они не знают подлости. У них все честно пока. Мне так хотелось с ними… В чистый честный мир. Туда, где ничего плохого нет. Туда, где на лицах написано, кто что думает. Где просто не знают о зле еще. И я хотела не знать. Я, на самом деле, просто хотела не знать, Корней. Это малодушно. Но я этого так хотела. Мне было бы достаточно просто не знать.
Из Аниных глаз скатились слезы.
Она сначала смахнула их пальцами, а потом села. Спиной к мужчине. Чувствуя, что он садится следом. Упирается рукой за ее спиной, утыкается носом в щеку. Закрывает глаза, дышит, слушает дальше…"
"— Однажды я в парк пришла… Тепло было уже. Красивый день такой, солнечный, почки на деревьях… Села на лавочку рядом с игровой площадкой. Следила за детьми, чувствовала, что становится легче. Как всегда. Я даже думала как-то раз… Что зря я тогда таблетки выпила.
