Пожалуйста… Просто положим…
Знала, что он не любит, когда она задалбывает своими бесконечными «пожалуйста», но сейчас иначе не могла. Была слишком близкой к тому, чтобы разрыдаться окончательно и бесповоротно. Позорно.
Такое хорошее настроение в считанные секунды оказалось не просто испорченным. Близким к отчаянью. Сама себе сделала «подарок». Сама себя подставила.
— Ань…
Корней окликнул, Аня замотала головой, снова жмурясь, чувствуя, что он тянет ее руку, зная, что ту самую коробочку уже видит. Заставляет поднять на уровне груди.
Так, чтобы виновница Аниных слез оказалась между ними.
— Забери, Корней… Пожалуйста, забери… — и это настолько невыносимо, что девушка пытается оттолкнуть. Коробочку и его руку.
Впечатывает в ткань футболки острым углом, не заботясь о том, что ему может быть больно, отступает, ощутимо бьется о тумбу, кривится… Даже это воспринимая, как заслуженную кару. Ей просто хочется, чтобы все быстрее закончилось. Забыть. Остыть. Потом улыбнуться даже, осознавая, как неловко получилось.
Потушить горечь. В очередной раз смириться, что заслуженно…
— Ань…"
"Только он почему-то не хочет делать так, как она отчаянно просит, продолжая мотать головой. Неужели не понимает, что ей физически сейчас сложно глаза открыть? Неужели…
Девичьи пальцы будто жечь начало. Стало невыносимо. Настолько, что Аня разжала кулак, не волнуясь о том, что будет с кольцом. Упадет — так и надо. В первую очередь ей. Потому что… Все просрала. Сама все просрала…
Рыдания вырвались откуда-то из груди, прокатились по горлу, Аня поймала их ладонями, которые успела прижать к лицу.
Затряслась. Попыталась отвернуться. Не слышала, чтобы стукнулось о пол. Но может просто пропустила.
— Прости меня, пожалуйста. Пожалуйста, прости. Я не хотела… Я правда не хотела. Пусти, я…
Собиралась сделать шаг в сторону. Туда, где ванная. Закрыться, успокоиться, умыться. Выйти, посмеяться. Извиниться по-человечески. По-человечески же все объяснить.
Когда он спрячет все на место. Когда поднимет с пола…
— Ань… — но даже это Корней сделать не дал.
Преградил путь рукой. Шагнувшая не глядя Аня от нее отпружинила, возвращаясь на место, снова ударившись о тумбу, всхлипнула, чувствуя, что ловушка смыкается — ведь с другой стороны тоже рука. Его. Корней придерживает за плечи, тянет на себя. Зачем-то. В грудь. А ей туда сейчас нельзя. Только еще сильнее расплачется.
— Спрячь его, пожалуйста. Убери. Я не могу… Я знаю, что не заслужила. Что все испортила. Прости меня. Пожалуйста. Когда-нибудь.
