– А вдруг не напишет? Тогда состав преступления отсутствует! Что, если ребенок просто упал!
– Вы в своем уме? – доктор потерял терпение. – В больнице проведете дознание! Я же сказал, отвезем в Сперанского.
– Мамаша, заявление писать будете или нет?! – в который раз, как в разговоре с глухой, обратился служитель порядка к Алле.
Врач не выдержал: просто захлопнул перед носом сержанта дверь. На полицейского он даже не посмотрел.
– Поехали! – крикнул водителю.
Алла вжалась в жесткую кожаную скамейку и испуганно уставилась в окно.
Полицейский с досады плюнул себе под ноги и начал осматривать место аварии. Очень скоро он явится в больницу, и ее ложь все равно вскроется. Но тогда жизнь ребенка уже будет в безопасности! Остальное неважно. Как-нибудь она сумеет объяснить, почему начала выдавать себя за мать малыша.
Она перевела взгляд на ребенка. Черные длинные ресницы и густые брови резко выделялись на посиневшем лице мальчика. Бледные губы практически слились с болезненным цветом кожи. Он был таким крошечным и изнуренным, что на него было больно смотреть.
Врач бросил на женщину ободряющий взгляд и сжал пальцами запястье малыша, контролируя пульс. Он говорил с Аллой размеренно, четко произнося каждое слово.
– Вам повезло. В Сперанского хирурги отличные. Сюда самые тяжелые случаи везут после ДТП со всей Москвы. Даже на вертолетах. Через пару месяцев снова будете бегать…
Глава 3
Истинное мужество заключается не в том, чтобы призывать смерть, а в том, чтобы бороться против невзгод.
Луций Анней СенекаПрошло всего пять минут, растянувшиеся для Аллы в вечность, и «Скорая помощь» въехала на территорию огромной больницы. Водитель, привычно петляя между зданиями, подкатил с торца к многоэтажному дому. Носилки с мальчиком занесли в клинику, ребенка переложили на узкую кушетку в приемном покое. Алла вошла следом.
– Подождите здесь. – Врач обернулся к ней и отправился кого-то искать.
Из коридора доносились разговоры про печать, бумаги, потом дверь отворилась, и вошла приемная медсестра.
Из-за ее спины врач «Скорой помощи» на прощание помахал Алле рукой.
Пожилая женщина в белом халате захлопнула за собой дверь и села за крошечный стол. Даже не взглянув на ребенка, пододвинула к себе чистую карту и водрузила на презрительно сморщенный нос очки.
– Фамилия, имя, отчество!
– Мои? – Алла растерялась.
– Мои! – медсестра разозлилась. – Ребенка!
– Я не знаю…
– Чего?! – Она обернулась и бросила на Аллу подозрительный взгляд.
