Глава 9
Любить – значит бороться с тысячами преград в нас самих и вокруг нас.
Жан АнуйВаля раздраженно шипела на Андрюшу – он отказывался есть. Бедный ребенок обиженно хмурился над тарелкой с безвкусным месивом и старался не заплакать. Вадим отводил глаза: знал, что в дурном настроении жены виноват он один.
Все началось тем утром, когда он вернулся от Аллы. Ему не пришлось ни выкручиваться, ни врать – Валя моментально все поняла. Весь день она не разговаривала с ним, спать легла в детской, вместе с Андрюшей, но посреди ночи пришла к нему.
Холодная. Злая.
Они сидели каждый на своей стороне кровати, словно чужие люди. Валя говорила, он слушал и безвольно кивал. Она давно убедилась в том, что на свете нет идеальных мужчин: Вадим и так слишком долго казался ей нереальной мечтой. Если бы не эта измена, она бы по-прежнему боготворила его и верила всему, что он говорит. Но теперь это невозможно: он разбил ей сердце, украл доверие!
Конечно, когда-нибудь она сможет простить его ради любви, ради Андрюши.
Но все это зависит…
– Во-первых, мама должна жить с нами, – Валя диктовала, словно он собирался записывать, – ее квартиру я буду сдавать. Во-вторых, я больше не собираюсь выклянчивать у тебя деньги: сам перечисляй мне на карту. В-третьих, хватит думать, что ты пуп земли: муж во всем должен советоваться с женой.
– Хорошо… – Вадим устало кивнул.
На мгновение Вадиму показалось, что Валя даже рада такому развитию событий: его вина давала возможность манипулировать им.
За неделю ситуация если и изменилась, то в худшую сторону: он не ожидал, что теперь каждый шаг – не только его, но и Андрюши – будет встречаться агрессией. Вадим предпочитал отмалчиваться в ответ на ее истерики и вспышки гнева, но порой они переходили все мыслимые границы.
– Ты будешь есть или нет?! – взвизгнула она, бросая ложку сына в тарелку. Капли мутного бульона разлетелись по всему столу, попали в лицо Андрюше и на руки Вадиму.
– Валя, прекрати! – он не выдержал.
– Не лезь, – бесцветные глаза уставились на него, – это не твой сын!
– Мой, – он бросил извиняющийся взгляд на Андрюшу, – если он не хочет это есть, то я разрешаю.
– Ах так?!
Она вскочила и пулей вылетела из кухни. Вадим взял со стола салфетку, вытер лицо ребенка от капель и набежавших слез.
– Мама просто недосолила, – Вадим протянул ребенку солонку, – но она старалась. Вот и расстраивается.
– Дя?
– Конечно, – он тяжело вздохнул.
Кое-как они закончили с ужином.
